Четверо мужчин настороженно прятались в кустарнике и смотрели на другой берег, где, развернувшись цепью, шли вооруженные люди. То и дело заметно мелькала фуражка Маринина с синим верхом. Шелестов разглядел неподалеку, в небольшом овражке, сваленные в кучу парашюты и два мягких десантных контейнера. Вот тебе и двое, вот тебе и летчики со сбитого самолета!
Маринин со своими бойцами вспугнул диверсантов в тот момент, когда они собрались в одном месте. Те двое, что так плохо спрятали парашюты, просто очень торопились.
Черт, как неосторожно. Забросили в тыл со своим… Но приглядевшись, Шелестов понял, что это другое оружие. Это новый отечественный автомат Судаева, который летом проходил испытания в войсках, и теперь начиналось его серийное производство[5].
Оставалось придумать, как поступить в этой ситуации. Если это умелые бойцы и хорошие стрелки, они четырьмя автоматами быстро справятся с десятком бойцов истребительного батальона. Решение нужно было принимать незамедлительно. Шелестов находился так близко к диверсантам, что, оглянись они по сторонам, быстро бы обнаружили постороннего.
– Прости, Глеб Захарович, – еле слышно прошептал Шелестов, поднимая руку с пистолетом на уровень глаз.
Расчет был простой. Если нельзя взять всех четверых, то надо определить, кто главный, а кого можно и уничтожить. Ясно, что двое, переодевшиеся в костюмы, – командиры. Им ответственное задание – идти в город, устанавливать связь со своей агентурой, выходить на объект диверсии. Двое в «кирзачах» – помощники, рядовые исполнители, боевое прикрытие.
Один за другим ударили пистолетные выстрелы. Первая пуля угодила диверсанту в голову, второй схватился за плечо и повалился в траву. Реакция остальных была удивительно быстрой: в прыжке с перекатом они бросились к оружию. «Так их учили, – понял Максим. – Не новички». Внутри все похолодело. Теперь Шелестов потерял преимущество, которое ему давал фактор неожиданности. Сейчас он попадет под автоматный огонь с близкого расстояния.