Страховку получишь — посодействую. Здание помогу подыскать. Короче, бизнес заново наладишь. Я помогу. Ну, а брату — наука будет». Пили с ним до вечера. Не хотел сначала, но уговорил, гад. А потом уже и сам не понял, как до такого состояния допился.
— А здание-то сгорело почему?
— Случайно получилось, как Вербицкий сказал. Его помощники накосячили.
— Я бы ему, на твоем месте, не доверял.
— А какой у меня выбор? Завтра мы с ним встречаемся. Будем подробности обсуждать, ну и бумаги мои вернет, я надеюсь.
Они еще обсуждали некоторое время, а я думала только об одном.
— Вот что из всего моего рассказа заинтересовало тебя больше всего! — протянул он. Нет чтобы о моем самочувствии спрашивать — испугался ли я, сильно ли меня похмелье мучает! Она про бабу!
— Ну, не хочешь — не отвечай!
— Шучу я. Представляешь, Вербицкий ее своей любовницей сделал. Встречаются теперь. Сказал, что она просто тигрица в постели! Такие вещи вытворяет!
Не понимаю, почему это так неприятно слышать? Почему, когда такие слова говорит Рома, то мне слышится какое-то восхищение этой женщиной?
— А ты, наверное, пожалел, что тогда на нее не повелся?
Он насмешливо посмотрел на меня.
— Давай-давай, мне нравится, что ты ревнуешь!
— Я не ревную!
— А что это, если не ревность? Зачем мне какая-то сумасшедшая тигрица, если у меня есть моя дикая кошечка? Ну, хочешь, я буду каждый час тебе повторять, что я тебя люблю?
— Не надо, если сам этого не хочешь.
— О, Боже, женщина! Сейчас я тебе покажу, чего именно хочу я!
Он потащил меня в спальню и очень скоро я забыла о том, из-за чего обижалась.
* * *Прошло два месяца.
Волновался, как мальчишка. Полночи не спал. Серега с Матвеем предлагали напиться, но разве мог я позволить себе страдать похмельем на собственной свадьбе?
Да, тут еще Аля к маме на ночь уехала.
Дошло до того, что хотел наплевать на все и рвануть к ней, забрать и привезти домой — здесь ее место и нечего мне про глупые суеверия рассказывать! Но потом успокоился.