"
"Глаза Наты воинственно вспыхнули. А мне резко стало не по себе.
– Костя, конечно, гений, – промакивая сухие слезы, продолжила сестра, – но и у гениев есть грязные секреты. Уж я-то за несколько лет жизни с ним под боком убедилась в этом.
– Никто не знает мужа так, как его знает жена, – закивала мама.
Будто услышала что-то на марсианском, Ната задумчиво склонила голову набок. Похлопала длинными ресницами. А потом, откашлявшись, развила свою гениальную идею:
– У Кости есть папка, в ней он хранит секретную информацию.
– Вот бандит! Вот уголовник! – всплеснула руками мама.
– Еще какой… – Ната почесала кончик носа. – Но самое главное, я знаю, где он держит эту папку! И код от сейфа!
После этой фразы не закатить глаза было очень сложно. Сразу стало понятно, для чего в нашем доме аж три дня длился плач Ярославны и почему вдруг сестра приехала в отцовскую квартиру.
«Ничего не случается просто так!» – вспомнила я знаменитую фразу.
– Сейф у него дома! Меня Костя ни за что и на порог не пустит. Но если ты попадешь туда, – Ната повернулась ко мне, – то сможешь забрать папку! Это несложно!
– Я?.. – Челюсть пришлось придержать. – Как?
– Варя, ты просто идеальный кандидат, – перешла в наступление сестра. – Ты ведь у нас педагог! И сейчас должна была закончить учебу!
Таких познаний о своей жизни я не ожидала. Словно дрессированная, интуиция тут же завопила: «Опасность! Нельзя!» Однако танк по имени Наталья Арбенина-Сукачева было уже не остановить.
– Ты сможешь наняться к моему мужу няней, – умоляюще уставившись на маму, произнесла Ната. – У Кости ни одна няня дольше чем на неделю не задерживается. Не уживаются они с этим деспотом. Его секретарша в постоянном поиске новой жертвы.
– Послушай, у меня нет никакого опыта. – Я нервно сглотнула. – К тому же Арбенину, наверное, нужна особая няня. С рекомендациями, иностранными языками и прочими регалиями…
– Ерунда! Рекомендации я раздобуду.
– Но даже внешне… Какая из меня няня?
Будто ища поддержки, я заглянула в зеркало. С Натой общего было мало. Метр шестьдесят против модельного роста сестры. Ни ее пышных бедер. Ни выдающейся груди. Ни пухлых губ.
Не серая мышка, но и не красавица.