Неужели он может так хохотать… как… как хохочут пацаны?
Тихонько прохожу в ванную комнату, в которой была вчера. Спешно умываюсь, приглаживаю руками растрепанные волосы и чищу зубы, на полочке у раковины находя новенькую щетку, пасту. Переодеваюсь во вчерашние вещи, аккуратно убираю кровать, на которой спала, и складываю ровным квадратиком футболку Давида. Выдыхаю и выхожу из комнаты. Мне надо найти друга брата, поблагодарить его за вчерашнее спасение и поспешить домой. Дома ждет любимая и желанная работа!
Спускаюсь и прохожу в кухню.
Глава 05.
Давид.
Легкий стук и на пороге кухни появляется девочка Саша. Девочка? Девушка, Давид, девушка. Ты же помнишь, что ей сейчас 21-22 года должно быть. Оборачиваемся на нее со всё еще ржущим Тимой.
Друг присвистывает, рассматривает девчонку и вдруг… твою мать, я готов поклясться, что он бледнеет.
- Т…. С….. Са-а-анька? Тттыыы? – Охренеть. Я знаю Тима уже шесть лет и видел его в такой растерянности только однажды.
Девчонка таращится в ответ, в глазах шок. Мотает головой, всхлипывает и вдруг бросается другу на шею.
- Тимур, Тима! Братик, братик! Это же ты, да? Ты? Ты жив, жив, жив? – кажется, ее трясет также как и Тиму. Да что происходит, черт возьми? Откуда он ее может знать?! Как к чертям «братик»???
Вопросительно смотрю на друга, он шепчет одними губами «потом». Озадаченно киваю. А Сашка все плачет и плачет, хватает на футболку, что-то бормочет. Потом резко хватается за голову и начинает оседать.
- Воду, дай воду. Холодную.
Тимур не теряется, подхватывает девчонку и тащит в гостиную на диван.
- Скорую?
- Нет. Я знаю, что делать. Отойди, друг.
- Воду неси, мать твою! – уже орет, пока я торможу.
Усаживает белую девочку на диване, уговаривает дышать вместе с ним, и как только Сашу перестает трясти, дает ей воду. Обнимает за плечи и гладит по спине: «Тише-тише, все прошло. Все прошло. Не надо. Все прошло».
Даааа, сходил в клуб, развеялся, твою мать.
Тим успокаивает малышку, ведет ее за барную стойку и жестами показывает налить чай. Пока завариваю, смотрю вопросительно на друга. Он молча сигналит, мол, все потом. Мы относительно не так давно знакомы, но очень быстро стали близкими друзьями, как братья. Такое внутреннее понимание и принятие у нас четверых.