Богатый, пресыщенный, живущий и действующий по собственным моральным законам, не совпадающим с общепринятыми, экземпляр. Мнящий себя богом, созидающий собственный мир и безжалостно разрушающий все вокруг. Считающий, что вправе заносить хлыст и определять наказание, сколь бы извращенной такая логика ни казалась.
Он должен вызывать у меня отвращение! Почему это не так? То есть да, я ненавижу его… Но помимо этого, не могу не ощущать влечение. И за это ненавижу себя еще больше, чем Огнева… Может быть я тоже насквозь порочна… Хоть и девственница.
Дальше все как в тумане. Перед глазами все плывет от гнева. Довольная улыбка Огнева, который сначала удаляется от меня, тушит сигару в высокой каменной пепельнице. Снова поворачивается ко мне. Смотрю в его лицо, красивые черты, суровое выражение. Заношу руку машинально, не думая, для пощечины. Но он перехватывает ее. Больно стискивает.
— Я жалел, что отпустил тебя в первый раз, — рычит мне в лицо. — Ты текла для меня.
Горло сжимается, сердце колотится глухо. Огнев медленно отпускает мое запястье. Но мне от этого не легче, потому что теперь он берется за лямки платья, спускает его с плеч. Он снова раздевает меня! Как тогда, в первую встречу! А я пошевелиться не могу, застыла как изваяние! Это какое-то сумасшествие! Гипноз! Платье падает к моим ногам. Под ним тончайшая белая комбинация, внутренний слой платья, чтобы пайетки не царапали тело.
Чувствую, что дыхание Огнева становится напряженным, хриплым.
"Выскочив из кабинета оказываюсь в темноте, густой и враждебной. Бегу вправо, спотыкаюсь, сбрасываю шпильки. Вниз по лестнице. Успеваю добежать до следующего этажа, и вдруг он настигает меня. Обхватывает талию, затем взмываю в воздух.
— Дурочка.