Бегу в камеру, залетаю и падаю на колени перед унитазом. Он прямо в камере. На четверых. И это убивает меня сильнее всего. Настолько унизительно, что сдохнуть хочется.
* * *— Ты не беременна ли часом? — раздается за спиной голос Марии.
— Не знаю… Нет, думаю.
— Она думает! Трахалась не предохраняясь? — женщина смотрит на меня с легким презрением. Чувствую, как кожа начинает гореть.
— У меня секс был всего один раз! Вчера! Если я беременна… это будет шуткой века! Это будет просто… вишенкой на торте… хотя нет, отличным памятником на моей могиле! — меня несет, я уже не способна остановить истерику, которая накрывает меня лавиной.
— Успокойся… черт, хватит, — я не могу перестать смеяться и Мария дает мне пощечину. — Извини. Не знала, как еще остановить тебя. Да что с тобой такое, девочка? Ты меня пугаешь. Разум штуку хрупкая и лишиться его здесь не долго. Держаться нужно, понимаешь? Никто тебя здесь не пожалеет, не поможет. И я не помогу тебе девочка, только ты сама. Нужно научиться защищаться.
— Что это? В какое дело?
— А сама как думаешь?
— Я никогда не смогу сделать что-то человеку тем более такой жуткой штуковиной.
— Выбор за тобой. Тогда с тобой сделают жуткие вещи…
Меня вдруг пронзает такая сильная боль и одновременно чувство благодарности, бросаюсь на шею этой, совершенно чужой мне женщины.
"— Ну нормально, мы там посуду намываем, столовую драим, а они тут обнимаются, — голос Тамары заставляет нас отпрянуть друг от друга.
— Пасть закрой, — грубо отвечает Мария. — Хотим обнимаемся, твое какое дело? Девочка со мной, не трогай её.
— Будешь себе новую искать девочку, в колонии, дорогуша. Завтра приговор, меньше десятки точно не получишь.