Так мы и выбежали на каменную площадку, рядом с которой фыркал просыпающийся гейзер.
На твердой поверхности подпрыгивали мелкие камушки, словно плясали медленный танец под тихую музыку. Сначала потихоньку: прыг-скок, пауза, а потом все ускоряясь и наращивая темп. А когда пляска становилась дикой, первобытной, из-под земли доносился легкий гул, а потом из трещины вырывался фонтанчик пара.
— Спит еще, — сказал за спиной Шерх, и я подпрыгнула.
Покосилась испуганно, ожидая наказания за ком земли.
— Софи, а там что?
Линк приплясывала на месте, тараща любопытные глаза.
— Там чаша, — ответил за меня Хенсли. — В нее стекает вода из гейзера. Теплая она, горячая даже. Но не обжигает.
— Можно посмотреть?
Девочка умоляюще схватила меня за руку. Я медленно кивнула, и Линк бочком, как испуганный котенок, двинулась к чаше.
— Там сейчас нет воды, — сказал за спиной Хенсли.
Я вздрогнула, надеюсь, не очень заметно. Ан нет. Стоило обернуться и посмотреть в глаза дикаря, как стало ясно — ни одно проявление моих чувств от Хенсли не укрылось.
— Из-за тебя я испортила туфли! — прошипела негромко, чтобы не привлекать к ссоре внимание Линк.
— Пора понять, что ты не в Кронвельгарде, — фыркнул Шерх.
— Спасибо, я поняла!
— Хорошо. — Он сделал неуловимое движение, сокращая между нами расстояние. Слишком близко, чтобы это считалось приличным. Хотя о чем это я? О приличиях давно пора забыть. — А за грязь придется ответить, София.
Голос Шерха снова стал обволакивающе-бархатным, порочно-низким, и я сглотнула, пытаясь увлажнить пересохшее горло. Темные глаза смотрели в упор, не мигая.
— Обойдешься, — выдавила я.
— О нет, — уголок его рта дрогнул, приподнимаясь.
— Только посмей! — почему-то показалось, что он снова отходит меня хворостиной. Мерзавец! — Я тебя пристрелю, только попробуй меня тронуть!
— Грозная? — В темноте глаз возникло что-то жадное, предвкушающее. — Бесполезно, София.
Я сжала ладони, потому что начала дрожать и мне это нравилось.
— И чего ты хочешь?
Голос все же дрогнул. Шерх молчал, не отводя взгляда от моего лица.