Отворачиваюсь к окну и незаметно смахиваю их пальцами.
- А чего это ты отцом станешь? – недовольно бурчит Арс. – Я тоже им намереваюсь быть. Так то не ты один…
- Арс, давай сейчас не будем? - миролюбиво отзывается Ник. Он, вообще, кажется, до странного довольным собой. – Потом всё решим, когда окажемся в безопасном месте.
- Окей, - хмыкает Арс. – Но разговор ещё не окончен…
- Так, значит, Ярый и Сергей забрали Алису себе? Но на каких условиях, раз они узнали, что это не я? – всё ещё не могу успокоиться, мне правда интересно, как согласились те ошалелые мужланы.
"- Мы дали ей выбор. Она могла уйти в свободное плавание, и сама разбираться с мстительным характером моего отца, - поясняет Ник. – Либо могла остаться под защитой Яра с Серёгой. У них контракт с американской ассоциацией боев без правил. На днях улетают. Титул они прилучили, Алиса им приглянулась. Они ей предложили «работу», она согласилась.
Выспрашивать дальше я не стала. Не хочу знать никаких подробностей про «работу» сестры! Получается, она уедет с США? Что ж… Алиса всегда мечтала путешествовать… Быть может, «Американская мечта» как раз в её духе?
- Ясно, - хмыкаю.
- Времени было немного, - подаёт голос Арс. – Ты ведь не знаешь, что я раньше занимался каскадёрскими трюками… – удивлённо округляю глаза. – Да, Пташка, я даже в кино какое-то время снимался в качестве дублёра главных актёров. Связи у меня остались ещё с тех времён. Надёжные люди помогли всё организовать…
- Но зачем?! – не унимаюсь я.
Ник вздыхает.
- Детка, мой отец очень опасный человек. Пока мы были у него дома, он хотел… - Дикарь осекается, яростно сжимая кулаки. – В общем, он хотел заставить сделать меня то, чего я никак не мог. И тогда я поставил ему ультиматум. Сказал, что у меня на него есть компромат. И если я его обнародую, то он не то, что выборы проиграет, сядет очень надолго. Отец был вынужден отступить. Однако, я с детства знаю, что депутат Громов делает с теми, кто посмел бросить ему вызов.
- Но, ведь, ты его сын! – перебиваю я Ника. – Неужели он смог бы причинить тебе вред?
- Я – сын шлюхи, - с горечью заявляет Ник. – Отец всегда считал меня человеком второго сорта. Возможно, он бы не убил меня. Но… убить всех, кого я люблю и кто мне дорог, мог бы вполне…
Ник снова оборачивается и смотрит на меня очень внимательно.