Он рассмеялся, но сразу сделался серьезным:
— И вы, дорогая госпожа, не говорите, что я не предупреждал вас: двор уже совсем не тот, что был когда-то.
— Я знаю, — ответила Скай. — Разве он может быть таким, каким был при Бесс? Даже я должна признать правду. Когда Валентина состояла при дворе, это было скучнейшее место. Не думаю, чтобы шотландец Яков его оживил. Говорят, он не любит церемоний.
— Он не любит, но его королева обожает: маски, игры, красивые одежды. И если Яков и не принимает участия в ее рискованных забавах, то весь остальной двор в них участвует.
— Мы так отрезаны здесь от мира. Том. Мой интерес ко двору угас много лет назад. Но с появлением новой внучки я не вижу другого выхода, как вновь объявиться там. Интерес же Сибиллы заключается лишь в одном. Уверяю тебя: она пойдет прямой дорогой к цели и никуда с нее не свернет. В наши дни слухи поздно доходят в Королевский Молверн, — продолжала она, — но иногда все-таки доходят, хотя и не знаю, насколько они справедливы. Мне говорили, что короля окружают его соплеменники, многие из которых весьма расточительны.
— Да, — ответил граф Кемпе. — Король сентиментальный парень. Сделай ему небольшое добро, и он стремится вознаградить тебя с такой щедростью, какую вряд ли может себе позволить. Придворные Елизаветы презирают его, потому что бедняга Яков пугливый король и боится собственной тени, а поэтому дурно обращается с людьми. Еще хуже, что он не любит пышность и величие, так необходимые для великолепия придворной жизни, с трудом выдерживает жизнь во дворце и счастлив только на охоте.
— Бедняга! — воскликнула Скай. — Не завидую ему, пришедшему вслед за Бесс. Но что делать, он там.
И нам тоже, хоть и ненадолго, пора туда.
Глава 11
Графиня Брок-Кэрнская сидела в саду матери под ивой и ткала гобелен.