– Вы предполагаете, что кирпич должен представлять из себя контейнер, заполненный каким-то опасным веществом. В данном случае, поскольку у нас шел разговор о бактериологическом оружии, спорами какой-то гадости. Это вполне вероятный вариант развития событий в Кольмаре. Тем не менее я не вижу связи между двумя делами.
Басаргин вздохнул, словно вздохом определил степень тупости слушателей.
– Запрос из-за границы… Я взял на себя смелость предположить, что запрос осуществлен тем же самым лицом, которое готовило акцию в Кольмаре, но уже для следующих акций, потому что для первой у него споры уже есть.
– Я запрошу Кольмар, – сказал комиссар серьезно.
Басаргин продолжил:
– Наличие контейнера мне кажется более вероятным, чем заряд с заражающим веществом. Заряд будут рассматривать, поймут его специальное предназначение, примут какие-то меры. Кирпич рассматривать не будут. Слишком он обычный. Будет только возмущение самого булочника, который второй кирпич в свой адрес воспримет именно как хулиганство и никак иначе. Или же за происки конкурентов, желающих, чтобы он сорвал такие важные для него и выгодные поставки.
– Но и это не говорит о связи двух дел. – Астахов продолжал настаивать на уточнении своего вопроса. И даже сердился, что до сих пор не может этого добиться от Басаргина.
– До этого я еще не дошел, – невозмутимо продолжил Басаргин. – Просто не успел. Хотя цепочку выстраивать начал. Сейчас я высказал предположения о первом ее звене – о самом оружии, которым собирались неизвестные террористы произвести акт.