Сказала, что у нас и других забот хватает. Что нам не нужны иммигранты в подвале. Что нельзя держать иммигрантов в подвале только потому, что у тебя есть подвал. Так она сказала.
– И что вы тогда сделали?"
"Магнус втягивает нижнюю губу. Выглядит так, словно он ее кусает.
– Сказал, что перееду. В Катринехольм. Как Лиль-Леффе.
Сванте кивает, делает пометки, снова поднимает глаза на Магнуса.
– И что на это сказала мама?
Магнус отводит взгляд в сторону, смотрит на стену. Жилы на шее напряжены, одна подергивается, на щеках горят красные пятна.
– Что я не могу так с ней поступить. Она всегда так говорила, когда я хотел уехать. Всегда жутко злилась.
Сванте записывает что-то в блокнот и смотрит на Магнуса.
– А вы что сказали?
Магнус ерзает на стуле.
– Что на этот раз я уеду. По правде.
Пауза.
– И? Что произошло потом? – спрашивает Сванте.
Магнус медленно покачивается на стуле.
– Она передумала. Сказала, что они могут пожить там недолго. Пока не переберутся в Стокгольм. И они поселились в подвале.
– Сбежала?
– Сбежала?
Вид у Магнуса растерянный, словно мысль о том, что он держал их в плену, не приходила ему в голову. Под конец он кивает, соглашаясь с тем, как Сванте истолковал произошедшее.
– И что ты сделал? – спросил Сванте.
На лице у Магнуса отчаяние. Взгляд мечется по комнате. Он облизывает губы.
– Я побежал за ней. В лес.
Пауза.
– Вы нашли ее? – тихо спрашивает Сванте.
Магнус кивает.
– У захоронения. Она стояла там, на полянке. Я не хотел. Правда, не хотел. Не хотел навредить ей.
– Что произошло?
Магнус бормочет что-то неразборчивое, и, несмотря на то, что я знаю, что он чудовище, мне его немного жаль. Магнус большой ребенок. И чем больше я думаю об этом, тем больше мне кажется, что Маргарета морально ответственна за то, что произошло.
Я много думала о том, почему она сделала то, что сделала. Почему позволила Магнусу держать Азру и Нермину взаперти в подвале.
Я знаю, что у Маргареты была тяжелая жизнь. Ее первый ребенок умер в младенчестве, а когда она носила Магнуса, муж оставил ее. Мне кажется, именно поэтому она не хотела опускать его от себя – потому что у нее не было никого больше и она ужасно боялась остаться одна.