Собирал волоски, остающиеся на щетке для волос…
– Принцип понятен, продолжайте, – я снова подталкиваю свидетеля.
– Когда волосков набралось достаточно много, я отнес их мастеру-постижеру – это специалист по изготовлению париков, и он сформировал аккуратную прядь. Скрепил ее, подровнял, слегка завил – получилось очень красиво…
– Дальше.
– Я послал ее Гурееву. В конверте, вместе с письмом, в котором написал о том, что преклоняюсь перед его талантом…
– И?
– И попросил великого артиста об ответном подарке.
Я с интересом смотрю на возрастного фаната. Занятные они люди – поклонинники великих…
– И вас не смутило, что у Гуреева может появиться некрасивая проплешина?
– Ну, он-то мог просто срезать прядь… Хотя он этого не сделал, – Христофоров мечтательно улыбается. – Вы удивитесь, но великий артист отзеркалил мой красивый жест.
– Тоже прислал вам свои волосы с корнями? – Я наконец понимаю, к чему был весь этот экскурс в историю.
Эксперт ведь говорил, что срезанные волосы нельзя использовать для ДНК-теста на отцовство.
"– А где гарантия, что он прислал вам собственные волосы? – интересуются из зала.
Я строго смотрю на крикуна. Я и сама бы спросила!
– В конверте с локоном было письмо, его я тоже, разумеется, сохранил! – отвечает свидетель. – Вот нотариально заверенная скан-копия этой реликвии, а вот экспертное заключение, подтверждающее, что письмо написано собственноручно Гуреевым!
И я приобщаю к делу очередной документ, а потом мы все слушаем эксперта, который подробно рассказывает, как именно он пришел к соответствующему заключению.
Я смотрю на Андрея Христофорова. Кажется, этот последний негритенок вполне может выплыть из моря с добычей в виде богатого наследства.
Интересно, почему у него при этом такое кислое выражение лица?
Миллионы поклонников Гуреева истово боготворили, тысячи менее успешных артистов ему страстно завидовали, а мальчик Андрюша в России питал к Великому Роберту тихую ненависть.
Тихую – потому что выразить свое чувство в полный голос ему бы просто не позволили.
Нет, высказаться Андрюше не запретили бы ни в коем случае. Родители всегда интересовались его мнением по тем вопросам, которые не считались слишком взрослыми и потому свободно обсуждались в кругу семьи. Однако Андрюша рос умным мальчиком и очень рано понял, что есть большая разница между отказом от нелюбимого вермишелевого супа и нелестным мнением о балете, например.