Косматая Грудь изо всех сил закусил беззубыми деснами губу, и вдруг, сквозь застилавшие глаза слезы, разглядел невдалеке неуклюжую громаду - Большой Тамтам. Лицо старика радостно сморщилось: он понял, что надо делать.
Остервенелый многоголосый галдеж смолк мгновенно, как только натянутая до каменной твердости кожа Тамтама ответила утробным гулом на немощные удары иссохших кулаков. Косматая Грудь выждал несколько мгновений, упиваясь всеобщим вниманием, заговорил:
- Раньше Настоящие Люди знали: умные должны говорить, глупые молчать и слушать.
И Хромой сказал:
- Духи не брали Нож. Нож украл Щенок.
Толпа негодующе взревела, но грохот Большого Тамтама снова оборвал ее рев, и в навалившееся на Людей тяжелой каменной тишине Косматая Грудь прокаркал:
- Мало сказал. Говори еще.
И Хромой заговорил опять. Он говорил медленно, путано, надолго замолкал, но никто не осмелился понукать и подгонять его.
А когда Хромой умолк и больше ничего не стал говорить, Косматая Грудь прохрипел:
- Войди в Святилище. Посмотри, узнай, этот ли глупый камень делал ты для Щенка?
Хромой пробыл в Святилище совсем недолго, выходя буркнул невнятно и мрачно:
- Этот.
И снова тишина. Только частый чуть слышный плеск мелких озерных волн, да крики крылатых - далекие и печальные. А Настоящие Люди молчали, медленно, тяжело осознавая случившееся.
А потом Каменные Плечи тряхнул головой, словно отгоняя непрошеный сон, впился насмешливым взглядом в бледное лицо Хранителя, в бегающие его глаза:
- Хромой сказал: ""Щенок хотел амулет"". Щенок - глупый. Сам не придумывает, повторяет после других. Хранитель, э?
Хранитель молчал, бескровные губы его тряслись. Он злобно глянул на Каменные Плечи и отвернулся. Тот продолжал:
- Кто-то сказал Щенку: ""Амулет сделает сильным.