Тебя палкой ткнёшь — ты упадёшь и переломишься. Только с девушками силач, да?
— Я понял, — прорезался голос у Сергея. — Вас эта сучка подослала, да? Анька.
Моё лицо вмиг потемнело. Подошёл ближе и врезал ему под дых. Парень закашлялся и сложился пополам, повиснув на мне. Не выдержал и долбанул его носом об колено с характерным треском — нос сломан.
— Ещё одно слово об Ане — и я тебя превращу в инвалида, — с отвращением отпихнул его от себя.
— Всё, Сань, — Роман встал между нами. — Хватит, ладно? А ты — заткнись и не беси его, если хочешь жить, — эти слова Воронцов кинул Серому, который держался за нос и скулил.
— Что вы хотите от меня? — прогундосил он. Спесь явно поубавилась у бедолаги Серого.
— Вот это уже серьёзный разговор. Хотим. Чтобы ты выполнил одну мою просьбу.
Серый тяжело дышал и молча смотрел на меня.
— Щас поедешь с нами в отделение полиции и напишешь признание. Всё, как было.
В подтверждение моих слов во двор въехал полицейский бобик, из которого выпрыгнул мужчина в форме.
— Здорово. Этого, что ли, красавца забирать? — кивнул капитан на скрючившегося Серого.
— Да, — ответил я, доставая бумажные платки. Кинул их в Сергея. — Вытрись, урод. Машину всю заляпаешь капитану.
— Да, кстати, — откликнулся полицейский. — Капитан Левицкий, — представился он по форме. — Чего так неосторожно? Договаривались же, что ты не будешь его калечить? — снова обратился он ко мне. — Теперь его лечить нужно будет.
— Так вышло. Рот открыл свой.
— Понятно, — хмыкнул он. — Идёт, ладно уж. Ребята, грузим его.
Капитан махнул рукой своим бойцам, тут же вышедшим из бобика.
— Что ж, молодец, попытка изнасилования — это серьёзно. Придётся отвечать. Показания Анны Корнеевой и справка о побоях, а также все ваши адреса и фамилии у нас есть. Отпираться бессмысленно. Прошу, — указал он Сергею на машину. — И без фокусов, пожалуйста. Руки — вперёд.
Серый глянул на меня ненавидящим взглядом, пока его поднимали за руки и надевали наручники, как самому настоящему преступнику.
Когда полицейская машина покинула двор, мы тоже погрузились в минивэн и отправились в обратный путь.
— Что ты обещал Левицкому за помощь? Ведь Аня ничего не писала.
— Верно. Когда есть деньги — всё можно решить и без неё. Она напишет уже готовое заявление своей рукой дома. Дальше мы разберемся сами.