— Ты не представляешь, как сильно мне это нравится. Только мои губы касались твоих. Мои пальцы — первые, что ласкают тебя. — Его глаза горели, полные желания и притяжения. — Доверься мне, и я сделаю так, что у тебя загнутся пальцы на ногах, и ты увидишь звёзды.
— Д-да, — выдохнула она. — Пожалуйста."
"Откинувшись назад, Силла вздрогнула, когда его прикосновения возобновились, пальцы скользнули по её интимным местам, нежно лаская. Один длинный палец вошёл в неё, и она сжалась, когда он медленно выскользнул обратно.
Джонас хрипло и довольно выдохнул.
— Это всё для меня, Кудрявая? Подари мне остальное.
Его сладострастные слова стали последней каплей. Напряжение нарастало невыносимо — секунда, другая… И вот, с прерывистым вздохом, она рассыпалась на миллиард сверкающих осколков. Волны удовольствия прокатились по телу, её мышцы судорожно сжимались вокруг его пальцев. Эйфория, казалось, длилась вечно. Джонас выжимал из неё каждую каплю наслаждения, остановившись лишь тогда, когда её тело окончательно обмякло.
Она лежала, словно в иной временной реальности, дыхание поверхностное, а перед глазами взрывались разноцветные искры.
Вот оно, пронеслось в голове Силлы. Она ещё никогда не чувствовала себя такой живой.
Когда зрение наконец прояснилось, а бешеный стук сердца начал стихать, она встретилась взглядом с Джонасом. Пряди его золотистых волос выбились из косы, спадая на лоб, а мягкие губы тронула улыбка. Боги. В этот момент он был воплощением первобытной мужественности, от одного этого её живот свело сладким спазмом.
— Прикоснись ко мне, — прошептал он.
Да, подумала она. Ей хотелось показать ему, как он её осчастливил. Хотелось, чтобы он тоже почувствовал всё, что дал ей.
— Покажи, — прошептала Силла.
Улыбка Джонаса стала шире. Он лёг на спину, подтянул её к себе, и она уселась у него на бёдрах, глядя сверху вниз. Свет от очага подчеркивал каждый изгиб мускулов на его теле, каждый шрам, каждую линию, включая тонкую дорожку пепельных-русых волос, спускавшуюся по животу.