— Всё никак не решу, смелая ты или просто дура.
— Конечно, смелая, — весело отозвалась Силла, пряча листья в деревянную корзину.
Выпрямившись, она двинулась дальше, пробегая взглядом по земле в поисках грибных шляпок.
— Я могу перекинуть тебя через плечо, — зарычал Джонас, не отставая. — Что ты тогда сделаешь?
К её ужасу, от этих слов по телу разлился жар. Силла сделала вид, что не слышала. Позади хрустнула ветка.
— Не испытывай моё терпение, Кудрявая.
— Оставь меня в покое, Джонас.
— Не могу, — раздражённо отозвался он.
— Почему? — спросила она, резко оборачиваясь. Почему ему вообще было не всё равно? Что за странный моральный кодекс у этого человека? Ее взгляд скользнул по шраму на его скуле.
— Я… я не могу сидеть на месте, — пробормотала она, отводя глаза. — Я не могу просто сидеть со своими мыслями. Мне нужно что-то делать. Нужно двигаться.
Джонас провёл рукой по волосам, потянув за узел на макушке.
— Пять минут, — тяжело выдохнул он.
Уголки её губ дрогнули, и она с трудом заставила себя не прыгать от радости.
— Твой желудок поблагодарит меня за завтрашний ужин, когда я добавлю грибы и травы в похлебку."
"И когда духи леса не пошлют туман или не откроют ямы на полянах, чтобы споткнулись лошади, добавила она про себя.
Джонас что-то пробормотал, но она не расслышала. Они шли в молчании, и Силла напряжённо всматривалась в землю, надеясь отыскать что-нибудь съедобное. Но чем дольше ничего не находилось, тем сильнее опускалось её сердце. Придётся довольствоваться тем скудным пучком щавеля, который она уже собрала.
— Ты действительно потеряла свою землю? — раздался вдруг голос Джонаса, вырывая её из мыслей.
Силла обернулась и моргнула, глядя на него. В выражении его лица мелькнуло что-то странное, неуловимое. Медленно, она кивнула.
— Мне жаль, — сказал он. Джонас приоткрыл рот, будто собирался что-то сказать… но передумал. Его взгляд ожесточился. — Но это не оправдывает того, что ты пробралась в нашу повозку.
— Поверь, если бы я знала, что это ваша повозка, я бы держалась от нее как можно дальше, — огрызнулась Силла. — Разве ты не понимаешь? Я была в отчаянии. У меня не было ни гроша. Я боялась, что люди моего дяди найдут меня и перережут мне горло. Что бы ты сделал на моём месте?
— Заработал бы себе дорогу, а не крал её.
— Ты ужасно упрямый, — выдохнула она, откинув с лица прядь волос. Этот человек был похож на тролля, окаменевшего на солнце.