Я почувствовала неладное и покатилась следом за ними. Василий сел рядом с пьяным дедом, налил себе стопку и как-то недобро покосился на меня.
– Послушай, я, конечно, в ваших делах плохо понимаю, но чем ты так мужу насолила, что он решил тебя убрать?
– Да что я могла сделать? Мы столько лет жили душа в душу. Он работал, я вела дом.
– Ладно, ты это кому-нибудь другому рассказывай. Мы тут все взрослые люди и хорошо понимаем, что за просто так жён на тот свет не отправляют. Ноги, наверное, перед кем-нибудь от скуки расставила? Мужик у тебя крутой, серьёзный.
– Но это неправда!
– Да что ты к девчонке пристал, – заступилась за меня Прасковья. – Какая теперь разница, гуляла или не гуляла? Дело-то сделано. Даже если и гуляла, что теперь? От хороших мужиков не гуляют. Если женщина изменяет, значит, мужик дерьмо. Ты нам лучше расскажи, что про Наташкиного мужа узнал? Спохватились, ищут её?
– В том-то и дело, что её никто не ищет.
– Почему? – растерялась я.
– Потому что тебя уже давно похоронили.
– Как похоронили? Трупа же нет.
– Да у вас, у богачей, всё возможно. Были бы деньги. Кто знает, что трупа на месте аварии не было: я да ты? И знаем мы это только по той причине, что ты в этом доме в инвалидной коляске сидишь. А другие откуда узнать могут? Ниоткуда! Твой муж всех подкупил. Он же миллионер. Что ему стоит похоронить жену, сочинив легенду? Хоронили, скорее всего, в закрытом гробу.
– Да как же… Я ведь живая…
– Ты так думаешь? Я сам сегодня твой памятник видел. На кладбище к тебе приходил. Кстати, могилка ухоженная. Цветов много. Видно, твой муженек очень о ней заботится. Красивый венок с ленточкой: «Любимой жене от преданного мужа. Люблю. Скорблю. Твой Игорь». Страсть, как трогательно. Я чуть было не прослезился.
– Как же так… – шептала я словно во сне. Глаза застила пелена слёз. – Как же можно живого человека похоронить?
– А никто не знает, что ты живая. Скорее всего, твой супруг на всякий случай послал своих людей лес прочесать, труп не нашли, он успокоил себя тем, что ты где-то сдохла и тебя звери растерзали.
– А он не боится, что я могу объявиться, пойти в полицию и упрятать его за решётку?
– Думаю, нет, – спокойно ответил Василий.