Бессмертная буквально прорубила себе путь мечом. И сейчас всё также величественно стояла в созданном ей проходе.
— Я настолько известен?! — усмехнулся я.
— Костя, — обратилась она ко мне по имени, — ты занял не ту сторону. Поверь, мой род не такой, как другие. Нам плевать кем ты родился. Ты маг смерти, и смог достичь в этом направлении больших высот. У нас нет причин воевать…
— В принципе мы можем договориться, — сказал я, при этом заметил, как гвардейцы Нарышкиных напряглись. — Отдайте мне Наталью, и я уйду.
Несколько секунд Бессмертная молчала.
— На это я не могу пойти. Проси что-нибудь другое. Если хочешь мы можем выдать за тебя…
— Трансформа оxygenium, — высунувшись за угол прошептал я. Стальные плиты превратились в кислород, обнажая тянущуюся в земле проводку и другие металлоконструкции. — Ветер. — дальнейшие разговоры не имели смысла.
Не знаю какую подготовку проходила Бессмертная, но, когда я бросил на неё взгляд, увидел чары головного пузыря.
— Трансформа оxygenium, — вновь прошептал я, целясь ей под ноги.
Гвардейцы Бессмертных тут же открыли огонь. Они ещё не понимали, что уже мертвы. И дезактивировав заклинание преобразования, услышал наполненные болью крики. Они попадали на пол изломанными куклами и в этот момент энергия смерти заструилась по моим каналам.
— Сканер, — прошептал я. Как я и думал, Бессмертная была ещё жива. — Лой гносис. — Диагностические чары показали, что энергии в её артефактах осталось немного. И хоть она старалась прорубить мечом путь на поверхность, у неё вряд ли хватит на это времени. Только её необычный артефактный щит не позволял энергии трансфигурации замуровать девушку в полу.
Немного подумав, я решил подождать, когда энергия в её артефакте будет на самом дне, а потом уже беззащитную спасти её.
"Наблюдая за галоэкраном диагностирующих чар, исцелил двух раненых бойцов. Их раны не угрожали жизни, но вот замедлить наше продвижение могли.
— Трансформа оxygenium, — растворил я плиты, которыми прижал девушку в яме. — Воздушная стена, — огородил нас от смертельно опасного кислорода . — Левитус, — поднял я сильно уставшую девушку.
— Я недооценила тебя, — повалившись на пол произнесла она. На ней до сих пор были чары головного пузыря.