— Сканер, — в соседнем помещении находилось ещё пятнадцать сигнатур и, когда я подошёл ближе, через небольшое стекло увидел разных возрастов детей. Они плакали…
— Бл@ть! Твою мать! — на их глазах мы только что убивали их родных и близких.Однако в помещении, в котором мы находились, ещё были живые. Я повернулся к гвардейцам Нарышкиных. — Запрещаю вам их добивать. — И повернулся к Гудку. — Вить, проследи.
— Хорошо, командир, — ответил Гудок. — Ты услышал? — задал он вопрос гвардейцу. Тот с большой неохотой кивнул.
Я огляделся и увидел неподалёку прислонившегося к стене мужчину. Он прижимал руку к окровавленной груди и серьёзным взглядом смотрел на меня.
— Куда они повели Нарышкину?
— Ты правда оставишь детей в живых?
— Обещаю, — ответил я, смотря ему в глаза.
Получив сведения, я пришёл к мнению, что сегодня пролилось слишком много крови. И я не видел чести в поступках людей, добивающих раненых. Хотя признаюсь, самому не раз приходилось таким заниматься.
Война не любезность, а самое гадкое дело в жизни.
— Гносис, — прошептал я, чтобы узнать состояние мужчины. Из хороших новостей: пуля прошла на вылет. Из плохих: задета артерия. — Велнура целитус, — прошептал я. — Гудок, оставь с собой пятерых и окажи помощь раненым.
По мимике лица товарища, я заметил, что ему не понравился мой приказ. Но чем отличался Виктор Гудков от остальных, так своей исполнительностью.
Он лишь молча кивнул, после чего повернулся и произнёс позывные бойцов, что остаются с ним.
Я бежал по коридору, сильно оторвавшись от остальных.
Вдруг у меня зазвонил телефон, и достав его увидел номер Баринова.
— Костя! — услышал я, как только принял вызов. — Штурм закончился?
— Нет… Как ты… дозвонился до меня?
— Я на поверхности. Я думал это ты отключил чары помех. Связь есть именно поэтому! Как только мы зафиксировали это, я телепортировался сюда. Сообщи где ты находишься, я помогу!
— Я… под… землей, — ответил я.
«Неужели они хотят бежать?» — подумал я. Зачем отключать артефакт, ставящий чары помех? Но эти мысли выветрились из моей головы, потому что я наконец-то настиг Бессмертных и Наталью.
Против меня было трое мужчин.
— Нас больше! — просипел старик.
— Остальным членам твоего рода разве это помогло? Сдавайтесь, и я сохраню вам жизни.