Но коль скоро дело касается любви, я скажу тебе то, что знаю, ma chère. В любви нельзя принимать решения. – Он постучал себя по лбу. – Можно только слушать свое сердце.
– Мне действительно нравится этот парень, – признала я. – Мне бы хотелось думать, что между нами есть нечто особенное, но…
– Но?
– Что, если я ошибаюсь?
Эдмон улыбнулся, и под его густыми черными усами блеснули белые зубы.
– К сожалению, тут никогда нельзя быть уверенным, пока не отдашь свое сердце. Вера. Вера и любовь – это мука и вода.
– Наверное."
"Один раз я доверилась Марку, отдала свое сердце, а он выбросил его в помойку. Возможно, с Коннором мне стоит быть практичной. Умной. Тогда я буду в безопасности.
Это Коннор предложил в следующую субботу посетить музей Эмили Дикинсон.
С одной стороны, у меня в голове не укладывалось, что здоровенный бейсболист может читать печальную поэзию Дикинсон и интересоваться ее музеем.
С другой стороны, я чувствовала, что, вполне возможно, Коннору это нравится, просто он предпочитает никому не показывать эту часть своей натуры.
Возможно, мы оба проявляли нерешительность, но мне определенно требовалось немного времени, чтобы все обдумать.
Я достала телефон и написала сообщение Коннору.
Привет. Я не смогу пойти с тобой в музей в эту субботу.
Его ответ пришел через несколько минут, когда я ехала на велосипеде по Плезант-стрит, залитой лучами угасающего солнца.
Какой облом. Встретимся позже в баре «У Янси»?
Нет.
Пауза. Потом:
Все в порядке?
Я прикусила губу. Как же ответить? Вот он, источник моей тревоги. Ничего не в порядке, но ничего плохого тоже не случилось. Мое сердце словно раскололось пополам, как и говорил Эдмон.
Я страшно занята из-за своего гарвардского проекта. Мне нужно посвящать ему очень много времени.
Ладно. Но твой визит на День благодарения все еще в силе?
Я остановилась и прислонилась к высокому дубу, не выпуская из рук руль велосипеда. Коннор постоянно говорил про этот праздник.
Не уверена. Я посмотрю, что смогу сделать за эту неделю, и дам тебе знать.
Хорошо.
Извини.
Все в порядке, написал он.
Поговорим позже?
Конечно.
И больше ничего.
– Черт.
Я пошла дальше, но нервное напряжение никуда не исчезло, в животе будто затянули тугой узел. Такие вопросы нужно решать лицом к лицу, а не по телефону.