– Котенок, – шепчу я, поглаживая ее по волосам. – Я приехал, как смог.
– Эштон, сынок. – За спиной Лизы появляется ее отец, Сэм.
Лиза отстраняется от моей груди, чтобы я мог пожать руку ее отцу. Но вместо этого я притягиваю его к себе, постукивая по спине. Уверен, ему это сейчас нужно.
– Мои соболезнования, – хрипло произношу я.
Сэм обнимает меня в ответ, а затем отходит в сторону.
– Спасибо, что прилетел.
– Иначе и быть не могло, – тихо произношу я, закрывая за собой дверь.
Затем я подхожу к Лизе и крепко ее обнимаю, пока мы идем в гостиную.
– Она умерла. Ее больше нет, Эштон, – сквозь рыдания произносит Лиза.
– Я знаю, Котенок. Знаю. Мне так жаль.
Ее мать много лет боролась с диссоциативным расстройством личности и находилась под присмотром врачей. Состояние было критическим, поэтому отец Лизы стал регулярно посещать церковь, молясь за здравие жены.
– Прости, что тебе пришлось улететь из-за меня из Монреаля.
– Котенок, сначала ты, потом хоккей.
Она тяжело сглатывает и отрицательно мотает головой."
"– Я не смогу полететь с тобой.
– Значит, я останусь играть в Лондоне.
– Я не хочу, чтобы ты лишался будущего из-за меня.
– Ты и есть мое будущее, Лиза. Неужели ты до сих пор этого не поняла?
Лиза снова начинает плакать, и я притягиваю ее к себе и целую в висок.
– Поступишь здесь в колледж, станешь учителем, как ты всегда и мечтала.
– А ты? – шепчет она.
– Я продолжу играть за «Лондон Коммунити».
– Но ты заслуживаешь большего.
– Я заслуживаю быть счастливым. А счастливым меня делаешь ты.
Лиза пристально смотрит на меня своими заплаканными глазами, из которых, не переставая, текут слезы, а затем шепчет:
– Иногда я ловлю себя на мысли, что выиграла в лотерею, когда ты появился в нашей школе.
– О да, тебе определенно со мной повезло.