И это кажется мне самым прекрасным, что я когда-либо ощущала. Этот мужчина кажется мне самым прекрасным, что когда-либо случалось со мной.
Его губы вновь и вновь ласкают мои. Его пальцы снова и снова проводят кончиками по коже бедра. Его сердце бьется так сильно, и этот стук сливается воедино с моим.
Пламя загорается в груди, охватывая каждую клеточку кожи. Пульс разгоняется. Тело охватывает дрожь с каждым новым толчком. Дыхание становится рваным. И в эту самую секунду снова срабатывает этот чертов щелчок. Гребаная черта, которую никак не получается пересечь.
По щеке стекает слеза. Почувствовав то, как поцелуй стал соленым, Эштон разрывает его и слегка отодвигается от моей груди. Вижу, как пульсирует вена у него на лбу. Мысль, что ему приходится сдерживаться ради моего удовольствия, вновь заставляет меня ощутить чувство вины за это.
– Не думай ни о чем, – шепчет он, глядя мне в глаза. – Просто закрой глаза и чувствуй.
Я тяжело сглатываю, не прекращая плакать.
– Милая, – медленно двигаясь во мне, снова шепчет он. – Закрой глаза.
Делаю, как он просит, и зажмуриваюсь, безусловно ему доверяя.
– Слышишь, как зашкаливает мой пульс? – хрипло интересуется Эштон, не ожидая моего ответа. – Это из-за тебя, Хлоя. Ты делаешь это со мной.
Горячее дыхание обжигает мне шею, на которой Эштон оставляет скользящий поцелуй, продолжая неторопливыми толчками наполнять меня. Тихий стон тут же срывается с моих губ.
– Каждый твой стон делает меня тверже."
"Его пальцы спускаются к внутренней стороне бедра, заставляя меня задержать дыхание от предвкушения.
– Твои крики для меня – как сигнал к ускорению. Именно ты задаешь темп, милая. И хоть я сейчас сверху, все контролируешь ты. Одно твое слово, и я остановлюсь. Одна твоя просьба, и все закончится.
Со стоном он утыкается лбом мне в ключицу, пока мои руки впиваются ему в ягодицы.
– Не останавливайся, – уверенно произношу я, подмахивая бедрами навстречу.
Он накрывает мои губы требовательным поцелуем, пальцами продолжая надавливать на пульсирующую точку. Я буквально чувствую, как лавина удовольствия проносится по каждой клеточке кожи. Тяжесть его тела ощущается чем-то сказочным и волшебным, а не противным. Я больше не чувствую страха.