Северо-Восточная Русь при Дмитрии Донском (1359―1389)а) Борьба за великокняжеский ярлык и русско-литовские рати (1368―1372)"
"После смерти Ивана Красного московский княжеский престол унаследовал его старший, девятилетний сын Дмитрий Иванович (1359―1389), однако великокняжеский ярлык он утерял, поскольку новый хан-самозванец Навруз (1361—1362), «не по отчине, не по дедине» передал его не князю-младенцу, а суздальско-нижегородскому князю Андрею Константиновичу, который, не питая особой любви к ответственной государевой службе, уступил его младшему брату Дмитрию Константиновичу.
Столь необъяснимое решение Сарая сразу вызвало резкое недовольство в Москве, поскольку сам московский князь полностью терял контроль над самым крупным и богатым Владимирским княжеством, а все московское боярство — очень прибыльный «бизнес» в виде сбора ордынской дани со всех русских земель. Поэтому все здешние боярские кланы, сплотившись вокруг своего малолетнего сюзерена, сразу начали активную борьбу за возвращение ханского ярлыка в Москву.
По версии одних историков (Л. Черепнин, А. Кузьмин, Л. Гумилев, Н. Борисов), во главе этой борьбы встал митрополит Алексий, который был старшим сыном очень влиятельного московского боярина Федора Акинфиевича Бяконта, который верой и правдой служил московским князьям уже почти полвека. Их оппоненты (Р. Скрынников, А. Горский) полагают, что решающую роль в этой борьбе сыграл московский тысяцкий Василий Васильевич Вельяминов.
Как бы то ни было, но в 1362 г. московский и нижегородский князья «сперлися о великом княжении» и отправили в Сарай к новому хану Мурату (1362—1364) своих полномочных послов.
На сей раз московские бояре взяли вверх, «и принесоша ярлыкъ княжение великое по отчина и по дедина князю великому Дмитрею Ивановичю Московскому». На этом борьба за ханский ярлык лишь обострилась, поскольку в игру вмешался давний соперник Мурата «мамайский царь» Абдулла, поскольку в это время в Орде установилось классическое двоевластие. Первый хан контролировал Восточную (Синюю) Орду и сидел в Сарае, а второй — Западную (Белую) Орду и сидел в Укеке, в низовьях Днепра.
По мнению одних историков (Г. Вернадский, А. Горский), в этой ситуации послы московского князя решили перестраховаться и получили второй ярлык у Абдуллы, что вызвало гнев хана Мурата, который передал ярлык нижегородскому князю, однако их оппоненты (А. Кузьмин, Н. Борисов) полагают, что Дмитрий Константинович сразу получил великокняжеский ярлык именно из рук Абдуллы.
