На его лице отобразилась напряженная работа мысли.
– Зачем? – наконец, сформулировал он.
– Чтобы накормить свой скот, – с облегчением ответил Дархан, потому что в этом вопросе он хоть немного, да разбирался. – Чтобы затем тот помогал им в работе или же они его съели сами.
– Помогал в работе… съели… есть… еда… Что такое… еда?
Черный Генерал повернулся к Абендину.
Наверное, он действительно провел слишком много времени среди смертных…
У богов не было еды. Вернее, она была, но совершенно… иная. Это сложно объяснить тем, кто не вкушал амброзии во время пиров Яшмового Дворца или не посещал плодовых садов Двора Звезда и Рассветов.
Но, с другой стороны, богу будет проще понять, что такое – человеческая еда.
– Ульви! – Дархан окликнул одну из девушек, идущих в сторону сенокоса.
Молодая, пышногруда и с такими же пышными бедрами, дочь кузнеца. Мать и отец, наверное, зачали её в печи, потому что волосы у девушки были даже не рыжие, а почти красные, как раздутый уголь в горне.
– Да, дядя Дархан!
Но, увы, всех их ждало лишь одно – разочарование и неудача.
– Есть яблоко?
– Конечно! Поймаешь?!
– Кидай!
Ульяви не любила мужчин. Им она предпочитала других девушек. И это была тайна, которую случайно, у того самого ручья, подглядел Дархан. Не специально, разумеется. Просто так вышло. И с тех пор, Ульяви стала ему хорошей собеседницей и спутницей, когда последнему хотелось прогуляться до горного кряжа.
"Аппетитное, зеленое яблоко пролетело по воздуху и приземлилось прямо в раскрытую ладонь Дархана.
– Спасибо! – выкрикнул он.
Ульви помахала ему в ответ своей пухлой ручкой и отправилась дальше по делам.
– Держи, – Дархан протянул яблоко Абендину.
– Что это, Черный Генерал.
– Яблоко.
– Яблоко… я вижу, что это за плод, Дархан! Зачем ты мне его протягиваешь?!
– Чтобы ты попробовал.
– Я ел яблоки из сада Звезд и Рассвета! Неужели ты думаешь, что какое-то смертное яблоко может сравниться с фруктами оттуда?
– Конечно не может, – кивнул Дархан, а затем вновь удивил уже обрадованного согласием Абендина. – оно несравнимо лучше.
Абендин прищурился.
– Ты лжешь.
– Ты ведь знаешь, Первый Воин, что я никогда не лгу.
И Абьендин знал это. Черный Генерал действительно никогда, никому и ни в чем не лгал. Это было ниже его чести и достоинства.