Зайдя во двор, я обнаружил, что из кузова грузовика по лагам спихивают на землю перед нашим гаражом, ржавый кузов 408 Москвича.
А вокруг него возбужденно нарезает круги мой батя.
— Это что за хлам? — спросил я него.
— Ты, что⁉ Какой же это хлам? — возмутился отец. — Ты только глянь! Почти новая машина. Ее у нас еще весной списали после аварии, хотели продать, но что-то там не срослось. Вот мне предложили за пятьсот рублей выкупить.
Глядя на мое укоризненное лицо, он потихоньку замолкал.
— А мама знает? — поинтересовался я.
Под моим насмешливо-сочувственным взглядом батино лицо начало багроветь.
И вдруг он неожиданно закричал фальцетом.
— Кто хозяин в доме⁉ Я или мать⁈ Я что не могу себе машину приобрести?
— Пап, успокойся, — не на шутку испугался я, глядя на его покрасневшее лицо. Видимо он уже подсознательно готовился к неприятному разговору с мамой. Все же пятьсот рублей были приличные деньги для нашего бюджета. Особенно за такую рухлядь. Я еще не заглядывал в моторный отсек, но пока машину стаскивали на землю, успел заметить, что от порогов остались один воспоминания.
— Хм, ему же не может быть больше шести лет? –думал я, — что же с ним творили, чтобы довести до такого состояния. Ну, блин, тут с одним кузовом возни будет! Умереть и не жить.
Глянув на все еще багрового батю, я предложил:
— Папа, давай скажем маме, что это была моя инициатива, типа я услышал, что у вас продается списанный Москвич, и уговорил тебя, его купить.
Отец, вытирая пот с лица, сообщил:
— Ну, я, в общем, на тебя и рассчитывал, когда покупал это утильсырье. Я ведь не один ездил машину смотреть, Валентиныча взял с собой. Тот бил себя кулаком в грудь, кричал, что все сделает, автомобиль, как игрушка будет. А если ты ему поможешь, то до зимы закончим все дела.
Я устало вздохнул."
"— Папа, ты, где его планируешь восстанавливать, в нашем сарае? Так, если мы его туда затащим, сами уже зайти не сможем.
И если получиться, не говори маме, сколько денег потратил. Хочется вечер прожить спокойно.
Конечно, ничего отец скрыть от маман не сумел.