Выхожу в коридор и, заприметив подоконник с открытым окном, отхожу туда. Свежим воздухом нужно подышать. У меня подобных гастролей в жизни еще не было. Слава богу, частные клинике придумали.
Облокачиваюсь на подоконник, лениво за людьми наблюдаю.
Мимо меня в белом халате девушка проходит. Особенно на нее внимание не обращаю. Она на мою медсестричку не похожа.
Но тут кто-то ее окликает.
— Маш, тебя просили зайти…
Голову в сторону девушки поворачиваю. Нет. Ну нет. Ну не настолько же я вчера пьяный был?
Мой внутренний эстет рыдает и просит о пощаде.
О боги, что это?
Я принял ее за проститутку, трахнул и при этом еще и кайфонул?
Я был в прострации? Под действием гипноза? В состоянии аффекта?
Это был не я?
Нет, но я же хорошо помню, как держал ее за бедра и вколачивался по самые яйца. У меня не было ощущения, что я трахаю комод. А тут габариты не оставляют других ассоциаций.
Ну может еще бампер автомобиля. Дешевого такого затасканного жигулька.//
Роста девица невысокого, про габариты я сказал.
— Это ты Мария? — грозно надвигаюсь на девицу, преграждая дорогу. Она испуганно отступает.
— Да, я. А в чем дело? Мужчина, вы кто?"
"— Давид Данилович Байсаров, — отвечаю, — не узнала?
И тут девица неожиданно меняет тактику, подбоченивается и смеряет меня снисходительным взглядом.
— Кто? Байсаров? А то я Давида Даниловича не знаю! Да я ему весь зад обколола, я его наощупь узнаю.
Она решительно меня огибает, но я снова заступаю ей дорогу.
— Я Давид Байсаров, могу паспорт показать. Мне надо знать, кто вчера был у меня дома и сделал укол.
— Тебе? — хлопает глазами девица.
С достоинством киваю. Она смотрит оценивающе, как будто способна отсканировать след от укола сквозь одежду.
— Послушай, чудик, — девка придвигается ближе, — Давид Данилович на ладан дышит, того и гляди преставится.
Она меня бесит. Терпение и так не мой конек, а тут еще этот говорящий гиппопотам. Мало того, что оговорила деда, еще и меня выставила тупым качком.
Но вижу, что сейчас ничего не добьюсь, к тому же, я убедился в главном. Во-первых, эта девка точно знает деда. Во-вторых, она не врет, что ходит к нему делать уколы.