— Только я не знаю, во сколько точно работу закончу… Если по скорой пациентов привезут, то я могу и задержаться…
— Тогда напишешь мне, как будешь собираться домой, я сразу подъеду. Мне здесь недалеко.
— Хорошо, — девушка снова скромно улыбается, а когда я уже у самой двери оказываюсь тихонько произносит, — а спала я, между прочим плохо. Все из-за твоего поцелуя…
Василиса
Я не соврала, я в самом деле не спала полночи из-за Давида. И его поцелуя. И объяснение этому может быть одно — я влюбилась.
Втрескалась как школьница, по самые уши.
Даже если у меня оставались сомнения, сегодняшним утром они развеялись без следа.
Я его приревновала. К Машке. Сама знаю, как это странно звучит — смысл ревновать, если Давид ко мне домой пришел, а не к ней. Меня искал, а не ее. Мне цветы принес и на свидание позвал.
Но когда я увидела, как они переглядываются, изнутри поднялась удушающая волна. И только призвав все свое самообладание я смогла удержаться и не скатиться в разборки.
Я никогда не думала, что буду ревновать.
Он красивый обеспеченный мужчина. Я студентка медакадемии, подрабатывающая медсестрой в городской больнице.
Давид ушел, а меня все еще штормит. Делаю вид, что перебираю листы назначений, но мыслями вообще не здесь. Я уже на нашем с ним свидании, мы танцуем медленный танец. Давид берет меня за подбородок, наклоняется и целует…
— Ушел? — Мария осматривает кабинет и вперяется в меня проницательным взглядом.
Не хочу, чтобы она что-то заподозрила, поэтому отвечаю так как ответила бы раньше. Не про Давида.
— Нет. Под столом сидит, тебя ждет.
Машка удовлетворенно хмыкает и закрывает за собой дверь.
— Так у вас что, любовь?
— Почему сразу любовь? — смущенно отвожу взгляд. — Просто погуляли, выпили чаю.
О том, что мы катались на колесе, а затем гоняли на картинге, рассказывать почему-то не хочется. Это очень личное, это было только с нами. И никому об этом знать не нужно.
Но Машка так просто не отстает.
— Батюшки! — всплескивает руками. — Так он получается жлоб? Зажал ресторан и водил тебя по всяким генделям?
— Ни по каким генделям он меня не водил! — мне становится обидно за Байсарова. — Давид звал в ресторан, я сама отказалась. Захотелось в парке погулять.
— Ну и скажи кому, что ты не дура, — Машка говорит это так обреченно, что мне совсем не обидно. Даже смешно. — Ее в ресторан зовут, а она чай на лавочке в парке дудлит.