Девушка-Есми с бесцветной радужной оболочкой глаз. – Я умоляла просто дать мне умереть, но Вик не позволил. С ним что-то случилось. Ему надо помочь…
Она говорила все тише и тише. Нике пришлось присесть рядом, чтобы не пропустить ни слова.
– Он стал другим. Он похищает людей. Он их мучает. Два года искал способ. Научился. Он делал с этими девушками страшные вещи. А я все видела и не могла помешать. Говорила ему: я устала. Перестань меня любить… Знаешь, как превращаются в Пастырей? – Не получив ответа, вздохнула: – Лучше тебе и не знать…
Сидит, раскачивается.
– А я ему говорю: перестань меня любить, хватит меня уже любить. А он говорит: потерпи еще немного. Скоро перестану…
Желтые стены, моргающая лампа, все никак не разгорающаяся в полную силу. Они шли рука об руку. Очень медленно. Ника улыбалась и кивала, хотя на самом деле давно уже не слушала.
– А я ему говорю: перестань меня любить! – как безумная, твердила Виктория. Повторяла эту фразу на все лады – то с вопросительной интонацией, то восторженно, то страшным шепотом, словно сокровенную тайну.
Она была в рубашке и тапочках. На улице – около нуля. Но она даже не заметила.
– Кто это? – спросил Князев, который все это время прилежно ждал возле пожарной лестницы.
– Неважно… – Ника отвела его в сторону, чтобы хоть недолго не слышать бормотание спятившей окончательно девушки-Есми. – Слушай, я попробую найти Шанну на изнанке. Если не получится, то хотя бы эту бабку, Коровью Смерть.
Странно, что сама она нисколько не волновалась. Ощущение собственного всесилия щекотало изнутри наподобие пузырьков шампанского.
– Иди. Мы еще встретимся… Иди, – повторила Ника и легонько подтолкнула Антона в спину.
Лучше так, чем долго и многословно.
Вернулась к Вике, обняла ее за плечи. Не знала, что делать, само получалось.
Игни тоже так мог. Обнять. Закрыть глаза. И просто пожелать оказаться в другом месте.
Зачем ему вообще понадобился мотоцикл?
Ах, да.
"Глупый. Для чего быть живым, если не-живым ты можешь ВСЕ?
Ты не бессмертный. Ты просто уже мертв.
А значит, с тобой ничего не может случиться.
С кем угодно, только не с тобой.
Ника открыла глаза. Глубоко вдохнула прохладный воздух с запахом влажной листвы и зашагала по шпалам прочь от здания бывшего вокзала. Виктория покорно засеменила следом. Хорошо хоть, молча.
Мертвые дома ждут мертвых людей.