Мертвые дома, которые притворяются живыми, ждут мертвых людей, которые не понимают, что мертвы…
Все мертвые. Мертвее не бывает.
Игни стиснул зубы, упер приклад карабина в плечо. Вжал посильнее, до боли. Подумалось, что здесь как минимум двое живых: сам он и эта «Сайга». Борцы, блин, за…
Едва различимый шорох заставил все мысли улетучиться. Игни с трудом сдержался, чтобы не выстрелить вслепую. Волна распущенных волос взметнулась вокруг головы той, что стояла чуть ниже на лестничном пролете. Черные и белые пряди даже не перепутались.
Сам он опустил карабин сразу же, как только понял, кто перед ним. Идель сделала это чуть позже. Нарочно помедлила. Затем кивнула и скрылась в одном из многочисленных ответвлений коридора.
Ариман говорил, что никак не может привыкнуть к отсутствию книг. Игни не мог смириться с тем, что изнанка бесшумна. Здесь не было звуков – кроме тех, которые издавали они сами, бывшие вторые души, а ныне – конвоиры Предела Порядка.
Для Игни тишина была синонимом опасности. Он привык не только вглядываться, но и вслушиваться. Последнее было даже предпочтительней.
Вот и сейчас сунулся в очередной совершенно пустой цех. Заранее решил, что он безопасен, потому что изнутри не доносилось ни звука.
Игни даже подумать не успел. Предохранитель – курок.
Это оказалось проще, чем он представлял.
Проще, чем кистень. Проще, чем арбалет.
Почти не целился.
«Сайга» веско высказалась. Четыре раза.
«Сны» рухнули как подкошенные. Знать бы еще, надолго ли. В любом случае, со вторым пунктом концепции следовало поспешить.
Кровь. Таким макаром продолжится – скоро привыкнет. Нужно чаще дышать. Или, наоборот, через раз. Короче, заставить себя подойти, потому что времени у него, судя по всему, в обрез.
Игни подумал, что в кои-то веки не он за кого-то, а что-то за него.
На его стороне. Да, именно так.
Пусть даже это не человек, а вещь из металла и пластика с почти что женским именем.
После того как стреножил первого, взялся за второго. «Сны» помалкивали.