Расположившись внутри, дождалась, когда транспорт мягко стронется с места и только оказавшись за пределами монастыря, смогла чуть расслабиться: всё же страх, что меня под каким-то предлогом остановят, бередил душу и заставлял меня нервничать.
Мистер Ройс ехал верхом, ему нельзя было сидеть со мной в замкнутом пространстве, поскольку у меня не было дуэньи и подобная вольность могла негативно сказаться на моей репутации честной леди. Поэтому предлагать ему сесть рядом со мной я даже не стала пытаться: для мужчины это выглядело бы весьма двусмысленно.
Дорого пыльной лентой вилась под колёсами кареты, а я, отодвинув занавеску дышала и не могла насытиться этим неповторимым ароматом свободы. Надежда, что меня не сошлют обратно в монастырь была сильна, как никогда. Если честно, даже если Луиза решит провернуть нечто подобное ещё раз, я найду способ поставить её на место, а также по прибытии в родной замок заранее начну готовиться к побегу.
Одной против семейки мачехи мне не сдюжить, женщина оказалась хитрой и изворотливой, поскольку в доме моего деда со временем поселилась практически вся её многочисленная родня.
Путь от обители до замка семьи ла Асолье занимал весь световой день, то есть ближе к девяти вечера мы должны будем прибыть на место.
Рессор в карете, естественно, не было, но колея была достаточно накатанной и я не боялась, что вот-вот откушу себя кончик языка или обломаю зубы.
Резко сев на лавке, отодвинула шторку и уставилась на внутренний двор, в который въезжала моя карета. Мы приехали. И нас встречали. Высокий жилистый мужчина и моя служанка: дородная женщина с добрым лицом и ласковыми голубыми глазами."
"– Леди Джейн! – воскликнула она, когда я с помощью мистера Ройса вышла из экипажа. В то же мгновение меня схватили в охапку пухлые, но сильные руки мадам Уильямс.
– Не нужно, дорогая Милли, – погладила я её по мягкому плечу, – много ушей вокруг, а у тебя семья, их кормить нужно, не давай лишнего повода для увольнения.
– Да-да, милочка вы моя! – закивала она тут же и затравленно огляделась.