Кирилл погладил мой гладко-выбритый лобок, но едва коснулся еще ниже, как я тут же сжала бедра, препятствуя возможности пробраться в то место, которое сейчас особенно болело. Только теперь не спеша я осознала какова причина боли и кто виновник, который истерзал мое тело. И, пока я пыталась собраться с мыслями, услышала невероятно хриплый голос Кирилла.
— Раздвинь ноги, — четко велел на ухо. Его пальцы при этом продолжили вырисовывать любовные узоры на лобке, явно готовясь пробраться ниже, и уже предприняли попытку «помочь» мне раздвинуть ноги, раз уж я не торопилась выполнять требование.
Из-за этого наглого действия, меня бросило в пот и сознание обуяла странная паника — в ту же секунду я дернулась и вырвалась из объятий Черного. Не рассчитав силы, свалилась с кровати и ударилась бедром о пол. Бегло оглядела собственное обнаженное тело и растерянно отметила для себя — множество синяков на коленях и ссадин на руках. Я не успела подняться, как Кирилл, наконец, окончательно проснулся и присел в кровати.
— Что случилось? — сонливость исчезла и у него, и у меня. Единственное что я сделала — это отрицательно покачала головой из стороны в сторону и выставила руку ладонью вперед, запрещая прикасаться ко мне.
— Не подходи, — прошептала. Затем медленно отползла, скользя голыми ягодицами по полу. Странная паника мешала соображать, я пыталась вспомнить, что произошло, но все вспоминалось красно-мутным, как в засвеченном кадре. Вчера я ведь собиралась в клуб? Там выпила пару бокалов? Последние отрывки помнила, как Стас трахал Нину в туалете, а затем Кирилл меня вызвался отвезти домой.
При попытке вспомнить виски вновь запульсировали, создав желание ножом вырезать из себя эту боль.
— Ты что вместо моего дома привез меня к себе? И… и… воспользовался моим пьяным состоянием? — это предположение само по себе вырвалось, но от его «мерзости» меня резко замутило. Невозможность вспомнить события вечера сильно раздражала, казалось, я пропустила нечто важное, ведь хоть за прошедшие месяцы я перестала злиться на Кирилла, но чтобы я легла в его кровать.
— Ты серьезно? Снял меня вчера в клубе и привез к себе развлечься?
Кирилл, сдвинув брови на переносице, просто сидел и смотрел на меня. Не желал отвечать на мою панику. Наверное, для него это нормальное дело, а я чувствовала унижение и грязь от того, что моей слабостью воспользовались. Хотя, сама виновата, ибо нечего напиваться до такого состояния.