Стелс глубоко вдохнул больничный воздух, а его рука потянулась к цепочке, что свисала с шеи. Он снял иконку Святого Христофора и открыл глаза. Саймон никогда не снимал её, было странным не верить в Бога, но верить в религиозный атрибут, нося его рядом со своим сердцем.
Молодой человек склонился над девушкой, а затем намотал цепочку на её тончайшее запястье."
"“Не оставляй меня во тьме, Сара…” — шепотом произнёс Саймон и прикоснулся губами к её лбу. Он был готов поклясться, что время остановилось, что всё вокруг исчезло на несколько секунд.
— Кхм.. — недовольная женщина в белом халате прервала тишину, царящую в комнате, — Что вы здесь делаете, молодой человек?
Саймон обернулся и бросил невыносимо горький взгляд на ту, что застала его врасплох.
— Меня не пускали к ней, — жалобно промолвил он, умоляя его понять. Женщина наклонила голову в бок и тяжело вздохнула, она уже видела этого паренька в новостях. И как многие в этом городе была в курсе всех событий. Её сердце сжалось, обливаясь кровью.
— У вас минута, — тихо сказала она, затем развернулась на сто восемьдесят градусов и вышла в коридор, чтобы дождаться его там.
Стелс вернул свой взгляд к болезненному лицу подруги. По её щеке стекала прозрачная слеза.
***
От первого лица…
“Не оставляй меня во тьме…” — эти слова раздавались снова и снова, они были повсюду, пока я не почувствовала, что по моей щеке течёт слеза. Боже, разве способна душа плакать? Это невероятно. Ты чувствуешь что-то за долгое время, ощущаешь себя собой, а не зыбким призраком, бродящим в пустоте.
Яркий луч света появился во мраке, освещая длинный узкий коридор. Меня тянуло туда. Я сделала шаг и поняла, что могу двигаться. Это было непривычно…Тепло разливалось по каждой частице сознания. Чувство безграничного счастья коснулось моей души.
Мне пора идти на свет, ещё один шаг, и ещё.
“Не оставляй меня во тьме…” — снова послышалось за моей спиной.