Его фанатка

Фил распахнул глаза и понял, что обнимает обнаженную девушку. Она прижалась спиной к его груди, а он, уткнувшись носом в ее плечо, положил руку на ее талию.

— Доброе утро, — прошептал Фил хриплым голосом, решив, что с ним рядом Нелли, однако вдруг понял, что кончики волос девушки выкрашены в синий цвет. Во сне он обнимал Крис. Фил подскочил на месте, и девушка тотчас встала.

— Ты так пугаешься, будто не ты чудовище, а я, — пропела Крис. — Славная была ночка, да? Твоя Нелли уже обо всем знает.

Наверное, ей обидно — поверила тебе, а ты изменил ей со мной… Я ведь была хороша?

Она потянулась к Филу, попыталась коснуться, а его словно невидимая сила сковала — он не мог пошевелиться. Крис обняла его за шею — как часто делала это Нелли — и попыталась поцеловать, но Фил, собрав последние силы, все-таки смог оттолкнуть ее и сам при этом упал с кровати."

"…и тогда он распахнул глаза во второй раз — уже по-настоящему. Во сне он действительно умудрился упасть на пол, запутавшись в одеяле, наверное, именно поэтому не мог двигаться.

Ощущение после сна были отвратительными — словно он не Крис обнимал, а змею.

Фил подошел к окну и распахнул тяжелые шторы, впуская в номер зимний солнечный свет. День был в самом разгаре, а проснулся Фил так поздно, потому что лег под утро — со съемок интервью они с Ковариным, который сопровождал его, вернулись поздно ночью. Впереди у них было запланировано еще несколько интервью и съемка, а вернуться в родной город они должны были только через несколько дней.

Время бежало так быстро, что Филу не верилось, что он прилетел в Москву позавчера вечером.

Налив себе апельсиновый сок, Фил открыл окно, чтобы впустить в номер свежий воздух, и взял телефон. Нужно было написать парням, брату и Нелли.

Нелли.

Фил улыбнулся. Он так и не понял, когда ее имя успело стать таким родным, и как он успел привыкнуть к той, которую когда-то считал ребенком. Она действительно необычная, раз сумела так стремительно стать частью его жизни.

И не просто стать, а изменить. Если честно, Нелли была его личным лучиком света в эти темные дни, когда на него, казалось, обрушилось пол мира. О нем говорили на каждому углу. Его оскорбляли и ненавидели. Его считали подонком, наркоманом и требовали, чтобы он ушел из группы и больше никогда не показывался. Конечно, были и те, кто верил ему — но тех, кто защищал Крис, было больше.