Его признание немного выбило из колеи, но кто сказал, что он не лжет?
— Она утверждает обратное.
— Это она тебе так сказала? — указал пальцем в потолок.
— Именно.
— Она врет, — снова ошеломляюще уверенно. Протянув руку, так, что коснулся в движении моего предплечья, взял из разорванной пачки печенье. — Хочешь?
— Ты всегда был таким циником?
— Нет, но циником быть легче.
— Ты хотел сказать лучше?
— Я сказал то, что сказал, — и закинул печенье в рот.
Я ощутила себя крайне странно. С одной стороны я лично сама видела ее заплаканное лицо, слышала ее рассказ: брошенная им недавно девушка, «Славик» — это же про Бойко, но его абсолютное спокойствие выбило из колеи.
Он не похож на того, кто врет. Да и какой смысл? Он явно не из тех, кто будет обелять себя и переобуваться.
Так, начнем сначала…
Выдвинув себе такой же, как у него, высокий стул, села напротив.
— Ты принял ее заявку в друзья в соцсетях?
— Принял.
— И был на ее дне рождения?
— Был, — и добавил. — Недолго.
— Как недолго?
— Не знаю, — дернул плечом и достал еще одно печенье.
— То есть ты не оставался у нее на ночь?
Он ухмыльнулся и окинул меня таким взглядом, что я почувствовала себя униженной и раздетой.
— Она не в моем вкусе.
Я поерзала на стуле и совершенно неосознанного скрестила на груди руки.
— А почему ты так рано ушел?
— Увидел одного неприятного типа́. Со сломанным мизинцем.
— Соболев? Он тоже был на этой вечеринке?
— Как оказалось — да. Знал бы, не пошел, и так тусовка полный отстой, а еще лишний раз смотреть на эту рожу… Была бы Лиля моей сестрой, его бубен бы снова пострадал.
— Почему?
— Потому что они вроде как мутят. Хотел впрячься, а потом подумал — оно мне надо? И ушел.
Позвонки сковало холодком подозрения.
— А как Соболева зовут? Не Славик ли?
— Угу, Вячеслав.
Теперь все ясно! Это был не Бойко, а я, дура, подумала на него! И на кого я теперь похожа? Пришла, закатила истерику, обвинила во всех грехах…
— Подожди… — напрягся. — А что там с Лилькой-то произошло?
— Да он ее… В общем, бросил сразу после того, как переспали.
Бойко выругался под нос и смял в кулаке упаковку из-под печенья. Подумав немного, вернул мне хмурый взгляд:
— И ты решила, что это я был?
— Она назвала его Славиком! Что еще я должна была подумать? Все сходилось.
— Ну да, если мудак, значит, точно я, — качнул головой. — Невысокого ты обо мне мнения.
— Как и ты обо мне. И если я сужу исключительно по фактам, ты веришь слухам.