Вся группа спецназа, неторопливо пробиравшаяся по заросшей кустами лощине, сейчас же остановилась, залегла и развернулась в боевой порядок. Шесть человек направили стволы автоматов влево по ходу движения, а семь – вправо. Замыкающий группу боец развернулся назад.
Бугай обернулся, руками изобразил два удара в воздух и махнул ладонью к себе.
Лежавший за командиром группы солдат кивнул, повернулся к соседу и негромко поцокал языком. Не все в спецназе умеют подражать звукам, которые издают обитатели леса. А если не умеешь, то и пытаться не стоит.
Боец дождался, когда его сосед повернул к нему голову, и повторил жест командира. Негромкое, органично вплетающееся в естественные шумы леса приглушенное цоканье прокатилось по цепочке спецназовцев и затихло. Лежавший рядом с Сергеем спецназовец тронул его за плечо:
– Кубинца к командиру, – шепотом сказал он.
Сергей подхватил автомат и бесшумно скользнул в головную часть группы.
– Вот здесь, – одними губами сказал Бугай и вытер потное лицо ладонью в короткой перчатке.
"Сергей осторожно, чтобы не уколоть руку, пригнул ветку, усеянную мелкими острыми шипами. Он увидел большую травянистую поляну, окруженную плотной стеной невысокого кустарника. За кустарником начинался лес. Высокая, выше колена, трава стояла неподвижно. Солнечные лучи нагрели почву, и над поляной стоял сильный запах цветущего разнотравья. Над травой гудели крупные насекомые и бесшумно метались бабочки.
– Жарко, – вполголоса сказал Бугай. – И как пахнет! Лучше любого одеколона.
Сергей понял, что Бугай позвал его посоветоваться. Не любоваться же красотами ближневосточного леса, в самом деле… как говорят в спецназе – два рожка всегда лучше, чем один.
– Я не понял… они что, вышли на открытое место?! – искренне удивился Сергей. – Этого же не может быть! Чему их учили?
– Я тоже так думаю, – кивнул прапорщик. Он хотел еще что-то сказать, но внезапно замолчал.