Его клуб, в котором началось мое алкогольно-томатное падение, капля в море, по сравнению с другими имеющимися источниками прибыли.
– Стейк из свинины полностью прожаренный, запеченный картофель и салат с помидорами и огурцами, – тоном серьезного дядьки произносит Слава, чем вызывает мою усмешку, которую мне, к счастью, удается скрыть. – И хачапури по-аджарски. Всего по две порции."
"Где-то там внутри меня радуется типичная «Натаха». И вовсе не по тому, что Слава заказал много еды, которая в очередной раз принесет мне порцию удовольствия.
Он не выпендривается с вычурными названиями прожарки мяса и салатов. Его понимают с полуслова простым русским языком. Никакой тебе рукколы-срукколы и других выпендрежных салатов.
Нет обычного салата с помидорами и огурцами в меню – сделают по его указанию. Я такой убедительной способностью с помощью одного тона и взгляда, увы, не обладаю.
– Подождите, пожалуйста, – окрикиваю официанта, как только осознаю, что он уходит от нас.
– Ни хрена. У меня на тебя другие планы. Ты должна быть трезвой. Будьте добры, два капучино после основной трапезы и столько же тирамису, – кивает в сторону официанта.
– Хм, ты меня обломал. Ну и что за планы?
– Скоро увидишь. Слушай, меня давно интересует вопрос, а что ты будешь делать, если снова не поступишь в этом году в театральный ВУЗ бесплатно?
– Если не поступлю, тогда и буду думать.
– Хочешь я помогу тебе? – нехотя перевожу взгляд на Архангельского.
– Я у тебя никогда не попрошу помощи и не возьму денег, так что не старайся, – со всей язвительностью в голосе произношу я.
– Почему?
– Потому что я хочу быть с тобой на равных, в отведенное нам с тобой время для отношений. Ну точнее, попытаться. А если ты уже забыл, деньги — это крючок для контроля.
– И даже подарки не примешь? – усмехнувшись, произносит Слава.
– Ну я не настолько упоротая идиотка, чтобы не принимать подарки.
– Ну что ж, время покажет, старающаяся показаться независимой, Наташка Александровна.
Замолкаю, не зная, что выдать ему в ответ. Правда, молчу я недолго. Ровно до тех пор, пока не осознаю, зачем я должна быть трезвой.
Мы выезжаем на пустынную заснеженную дорогу и только когда Слава произносит «меняемся местами», до меня доходит, что он собрался обучать меня вождению.