Она захватила наш корабль и волочёт его через пространство, а может и время. Чтобы вырваться, нужно предпринять что-то неординарное. И знаете что? Сейчас мы попробуем её перенаправить. Да, это опасно. И неизвестно, куда будет вести новый канал. Но лучше, чем сидеть сложа руки и ждать, пока сдохнет последний из нас.""
Резкий звук, напоминающий выстрел. Какой-то грохот. Подозреваю, Ровански хотел сказать ещё многое. Но вместо этого, опускает стекло шлема, после чего запись прерывается.
Поворачиваю голову к Лорану.
— У него получилось?
Тот медленно поднимает руку, стягивая с головы шлем.
— Неизвестно. В мятеже принимала участие вся команда навигаторов, к которой примкнула половина безопасников. Когда бунт был подавлен, все они оказались мертвы. Единственное, что у нас осталось — навигационный компьютер.
Когда заканчивает, сразу уточняю.
— И что именно он хотел провернуть?
Плотно сжав губы, на момент задумывается.
— Мне сложно объяснить. Связисты далеки от навигационной херни. Но если попробовать... Ровански хотел повторно запустить двигатель. Использовать его на половину мощности, находясь внутри червоточины. Такие эксперименты ставились в прошлом, чтобы понять, можно ли менять курс уже после входа в тоннель.
Занятно. Выходит, сначала у них поменялся курс, а потом мятежный навигатор попробовал скорректировать его ещё раз.
— А старпом? Он разве не в курсе?
Найл отрицательно машет головой.
— Нет. По Кодексу двое из тройки командиров должны быть бывшими навигаторами. Плюс, старший навигационный офицер и его команда. Наш капитан и второй помощник раньше занимались управлением червоточинами.
"Пока всё звучит относительно логично. По крайней мере критических нестыковок я не замечаю.
- Спроси у него про сам двигатель. Он уцелел?
Бросив взгляд на монитор, решаю, что в этот раз советник прав.
— Что с вашим двигателем? Он в норме?
Вот теперь в глазах Лорана появляется толика удивления.