Но, чёрт возьми, я тоже обучался магии ментала! Не скажу точно, сколько жизней я прожил, пытаясь взять под контроль хоть кого-то. Но, в итоге, я понял, как это делать. Спустя пару тысяч повторений, я мог взять под контроль кого угодно из этой компании. Кроме одного, у которого был какой-то крутой амулет противодействия.
И теперь у нас всё получилось! Сразу два мощных мага напали на своих друзей, совершенно не ожидающих такой подставы. Не спасли мощные щиты. Маг земли создал вокруг всех герметичную небольшую сферу из каменных обломков, в огромном количестве валяющихся повсюду, а маг воздуха полностью откачал оттуда весь воздух.
Через минуту всё было кончено, и даже маги, создавшие эту ловушку, были мертвы, убив сами себя и всю команду. Но Либи говорила, что главное зло ещё живо. И оно мощнее всех тех, с кем мы уже успели повстречаться.
От автора:
— Эй, автор-хренавтор! — раздался до боли знакомый тоненький голосок, и перед мужчиной возник крохотный огненный дракончик.
— Рад тебя видеть, Нинг! — устало улыбнулся автор. — Сто лет тебя не видел, муза ты моя волшебная! Где пропадала? И да, я с удовольствием послушаю про новость!
— Ой, чё сразу муза-то? — засмущалась полыхающая огнём малявка. — Обычная дракошка, между прочим, весьма юная, почти ребёнок! Мне и ста тысяч лет от роду нет! Ой, да пошёл ты! Словил же, зараза, на чувства надавил! Короче, новость есть!
— Да ладно тебе, милая, я же любя! — усмехнулся автор.
— Вот! Так вот! Помнишь Мишку Комарина? Крутого перца, про которого Борзых пишет?
Мелкая зараза сделала настоящую театральную паузу, ожидая ответа, но реакции не дождалась. Автор слишком хорошо изучил этот взрывной характер, и потому сам выдерживал ту же самую МХАТовскую паузу.
— Скучный ты! — выдала вердикт дракошка. — Ну ладно, слушай! Так вот Борзых сегодня стартует новый цикл, прикинь? Один из лучших авторов нашего мира РОС! А главное, только тссс! Это соавторская работа! С Дмитрием Дубовым. Тоже крутой автор, а уж как он в юмор, закачаешься! Впрочем, я, кажется, спойлерить начала, или как это у вас, примитивных, называется?
— Так! — рявкнул я.