Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

А затем он лопнул, снося концентрическими кругами деревья в радиусе до полукилометра!

Дворцу Магариба-Д’Алои, грибнице, порождающей орды гулей, и большей части тварей, превратившихся в поджаренный кровавый фарш, пришёл конец!

Сигнал маячка жалобно мигнул и погас.

— Выдвигаемся, — сказал я, вставая.

Боевой вертолёт ждал на крыше. Не прошло и десяти минут, как мы уже взлетели и направились в сторону выжженного и выкорчеванного участка леса.

Особой необходимости в моём присутствии там не было, но зрители должны видеть своего героя на экране.

Желательно — на фоне огня и трупов ненавистных врагов.

Пришло время сняться в лучшем фильме, который показывали в империи.

Глава 46

Все следующие дни телевизионные каналы крутили кадры, которые им передала моя пресс-служба. Меня приглашали на кучу интервью. Буквально каждый канал хотел видеть меня в своих студиях. И я сходил на все. Иногда поесть было некогда, но оно того стоило."

"Телефоны в замке разрывались от звонков. Почтовый ящик заваливали письмами.

Ко мне с визитами приезжали чуть ли не все бароны и их родственники. Поздравляли, жали руку, хлопали по спине и выражали восхищение. На лицах проходили демонстрации в мою честь. Художники и скульпторы дрались за право увековечить меня на холсте, в виде фрески, мозаики или в камне. Вокруг замка круглосуточно дежурила толпа жителей, ждавших моего появления, чтобы забросать восторженными криками.

Примерно в то же время на улицах начали появляться пророки, заговорившие о Спасителе.

Никакой конкретики. Про меня не было ни слова, но почва готовилась.

В мою честь Его Величество устроил в конце недели приём, куда позвали не только знать, но и богатейших представителей бизнеса, а также гильдий.

Стоя перед зеркалом, пока портной подгонял на мне новый смокинг тёмно-зелёного цвета с вышитым на левой стороне груди гербом, я думал о том, что хотел бы посетить мероприятие с Есенией. Она заслужила это, как никто. Однако идти придётся с Екатериной Голицыной и Глафирой Каминской.

Серая была в восторге от того, какую славу стяжал её жених. Из одиночки, которому прочили безвестие и смерть, а затем — сомнительного товарища, подозреваемого в том, что он нежить, я превратился за один день в героя, каких не знала империя. Парадоксально, но случилось это тогда, когда я стал демоном. Ну, разве не причудливо порой складываются обстоятельства?

Эта мысль вызвала на моём лице саркастическую улыбку.