Я несколько минут перебирал шелка, которые предлагал продавец, бойкий и юркий юноша с ловкими пальцами, между которыми ткани так и струились, мерцая на падавшем через окно солнце.
— Качество неплохое, — покачал я головой. — Но не безупречное. Есть ли в городе магазины других домов?
Продавец принял оскорблённый вид. Прижал шёлк к груди.
— Это лучший товар во всём Камнегорске! Клянусь жизнью! Такого вы не найдёте даже в магазине Шульца! Как ни славятся его шелка, а наши в разы лучше!
Это я и хотел узнать.
— Передай госпоже Беркутовой, что скоро её торговый дом станет в городе первым!
— Он и так первый! — возмутился юноша.
— Ты запомнил мои слова? Не забудь передать. Так говорит Дао!
Очевидно, именно Шульц составлял главную конкуренцию Беркутовой. А о чём мечтает человек, все силы кладущий на то, чтобы его бизнес стал первым в городе? Разумеется, избавиться от соперника."
"Развернувшись, я вышел на улицу. Нужно было сделать кое-какие приготовления, так что я отправился по магазинам и вскоре приобрёл наряд даосского монаха, чётки и благовония, которыми дома пропитал одежду.
А затем позвонил Сенцову. Мафиози ответил быстро.
— Слушаю, Ваше Сиятельство.
— У меня есть дело для ваших людей.
— Конечно, без проблем. Чем могу?
— Магазин Шульца. Торгует шелками. Нужно его сжечь.
— Подчистую или так, намекнуть? — деловито уточнил босс.
— Полностью уничтожить. И склады тоже не помешало бы.
— Хорошо.
— Чем быстрее, тем лучше.
— Я всё организую, Ваше Сиятельство. И отзвонюсь.
На следующий день по телевизору уже крутили сюжет о пожаре в торговом доме Шульца. Его склады тоже были уничтожены. Небо над ними заволокло чёрным дымом, который висел огромной зловещей тучей. Пожар случился ночью, и потушить его удалось только к обеду. Репортёрами высказывались предположения, что могло привести к этому. Сообщали, что расследование уже началось.
Около пяти часов я отправился к дому Беркутовой.
Я был одет даосским монахом.