Пожимаю плечами, отвечаю:
– Я и не думал.
– И не обижайся на них, если что. Ну ты понимаешь.
– Аля, я никогда ни на кого не обижаюсь.
– Им очень хочется с тобой познакомиться. Понимаешь, Дима, он… у него никогда не было времени на подобную поездку. Ну или он просто не хотел.
– Что вероятнее.
– Ты обижаешься?
– Нет, с какой стати?
Всего лишь готовлюсь к очередной выставке.
Рассматривают нас придирчиво, после чего Алин отец, Константин Петрович, говорит, обнимая дочь и протягивая мне руку:
– Ну наконец-то ты поправилась! Хоть на человека стала похожа.
Я пожимаю ему руку и на мгновение прикрываю глаза, понимая, что для кое-кого вечер испорчен. Но, кажется, нет. Аля берёт себя в руки, даже улыбается:
– Это меня Олег откармливает. – Ощущение, что она хвастается мной.
Константин Петрович и Светлана Афанасьевна не могут не нравиться. Два позитивных, крайне милых человека, умудрившихся сохранить любовь и семейное счастье на протяжении тридцати пяти лет. Мне даже кажется, они похожи между собой: примерно одного роста, голубоглазые, русоволосые, седину видно только у моего тестя, видимо, тёща красит волосы.
Живут родители Али в большом частном доме, позади которого расположен сад и огород. В саду я мимолетно замечаю поспевающие ягоды вишни, а в огороде – высокие кусты картофеля.
Дом оказался просторным и уютным, видно, что совсем недавно здесь делали ремонт. Стены оклеены однотонными обоями, в комнатах расставлена со вкусом подобранная светлая мебель, если я не ошибаюсь, цвет называется «дуб».
Оглядывая грядки из окна просторной кухни, я не могу не отметить педантичность родственников своей девушки. Излишнюю аккуратность. Не заметно ни одного сорняка, ни одной бесполезной травинки. Грядки прямоугольные, идеально ровные. На кустах помидоров висят крупные зелёные плоды.
За обеденным столом разговор заходит о том, как мы с Алей познакомились.