У Сани Веселова на языке явно вертелся какой-то вопрос, но, глядя на хранящего молчание Семенова, и Саня сдержался.
Скотч соскочил с катера, увязнув в грязи по щиколотки. Берег был умеренно топкий, как и положено дикому берегу реки в джунглях. Зазевавшаяся квакша суетливо удирала под прикрытие мангровых корней. Поочередно выдернув ботинки из топкой пульпы, отчего пульпа дважды смачно чвакнула, Скотч отодвинул с дороги пышный побег стромиции и ступил под полог леса. Вокруг тучами вилась мошкара и прочие кровососы — здесь на них не было хемиорегуляции, потому эта дрянь плодилась бесконтрольно.
— Тьфу ты, — ругнулся Скотч сквозь зубы, шлепая себя по шее, в которую словно иголки впились.
Он прошел шагов пятьдесят и увидел Валти. Напарник словно лесной дух возник из-за зеленой пелерины неизвестного Скотчу дерева и радостно растопырил руки.
— Как переправились? — вместо приветствия осведомился Скотч.
— Нормально в общем. Акоп, правда, в воду свалился и чуть кайману на закусь не угодил.
— Блин, — сокрушенно вздохнул Скотч.
— Нормально. И от наркоза все отошли уже. Словно в подтверждение из зарослей появился Солянка. На носу его красовалась иссиня-багровая полоса.
— О! — Брови Скотча поползли вверх. — А это еще что за украшение?
— Краб, — мрачно объяснил Солянка. — Сиганул, зараза, с ветки и клешней прямо по морде.
— Везет тебе на крабов, — ехидно заметил Скотч. — Ладно, будет трепаться, грузиться пора. Убраться бы отсюда побыстрее… Где все?
— Тут, в кустах.
Народ тщетно пытался поспать. Не получалось: мешал гнус. Все обзавелись веничками из свежих веток кедрокленов и энергично ими обмахивались. Появление Скотча внесло в ряды ожидающих желанное оживление."
"Пожитки таскали на катер минут пятнадцать. Работали все: спасатели, гиды, туристы, искатели. Правда, советник Паулиста наладился было сачкануть и без поклажи направился к берегу, но его живо осадил неумолимый Скотч.
— Эй, как вас там! Может, у себя на Фалькау вы и важная шишка, — заявил ему Скотч без тени смущения.