Я думаю, довольно будет привести десятка два! А остальных по мере надобности можно набрать из окрестных деревень. Даже хорошо, если корни дворцовой челяди будут в окрестных селах. Все новости и слухи узнаем вовремя...
Он рассуждал степенно, основательно, правильно, а Фарамунд едва удерживался от дикого желания схватить его за шиворот и поскорее усадить на коня, чтобы поскорее за Лютецией, чтобы привез людей, устроил, вычистил, разложил ковры и зажег светильники, чтобы она поскорее ступила божественными ножками в его вымытый и выскобленный город.
Глава 14
Тревор отбыл, наконец. Фарамунд велел дать ему самых быстрых коней, а в провожатые навязал двух своих людей, тайно велев не задерживаться, пока этот старый выпивоха не достигнет крепости Свена.
Сам же от сжигающего нетерпения с раннего утра вывел войска за стены в поле, бросил дальше, на юг, пока не достиг высоких стен довольно богатого с виду города. Раздражало, что не имеет карты, все еще не знает, что лежит впереди, полагаясь только на высланные вперед отряды легких конников.
За неделю неспешного продвижения попадались мелкие римские города, в равной степени заброшенные и запущенные... Почти все уже были приспособлены под крепости-бурги, но один такой бывший римский гарнизон на глазах заинтересованного Фарамунда спешно оборудовался под резиденцию епископа.
Теперь он сам видел, что небольшое население этих городов мало чем отличалось от сельского. Городские пустоши и площади использовались под пастбища и пашни. Торговля и ремесла рассчитаны на самих горожан, на деревни уже не хватает...
Против обыкновения, он ехал, погруженный в сладкие думы... даже не думы, а скорее — мечтания, грезы, ехал не во главе войска. Когда впереди показались стены города, перед ним уже расположился лагерь его головорезов.
Фарамунд едва успел окинуть город взглядом, как к нему на горячем коне прискакал Вехульд.
— Хозяин! — крикнул он взволнованно. — Там машут белым! Кричат, что шлют для переговоров. Откажемся?
— Пусть идет, — велел Фарамунд. — Всегда надо знать, что они хотят.
— Но они увидят, что у нас нет еды вовсе!
— Эх... Как же они узнали?.. Ладно.