Кто сегодня об этом вспомнит?
— И все же согласитесь, ротмистр, мы победили.
— Нет, — покачал головой Чарновский. — Мы лишь выиграли немного времени. Остальное в ваших руках. А я, как вы уже слышали, отправляюсь с Лаис и, может быть, больше не вернусь в Россию.
— И-и… — полковник Лунев замешкался, подозревая неладное, — сотник Холост тоже отправляется с вами?
— Вы угадали. И он тоже.
— О! Вот, кстати, его самобеглый экипаж.
У ворот кладбища затормозил «делоне-бельвилль», отливающий никелем и черным лаком.
— Ну, елки зеленые! — Дверь возле шоферского места широко раскрылась. — Насилу вас отыскал! Спасибо, господин полковник, ваш абрек надоумил.
— Ты уже утром об этом говорил, — с недоумением поглядел на друга конногвардеец.
— Ага. А теперь я их взял, порвал и выкинул.
— Ты в своем уме? — возмутился ротмистр.
— Типа того. А если без шуток, у цесаревича открылось кровотечение. Ее величество просит госпожу Эстер немедленно прибыть во дворец."