Я вообще не хотела ничего такого делать.
А для чего?
Показать, что мне не все равно, а мне все равно.
Как ему было все равно оставлять меня висеть на распятии во время того, как он уходил.
Он улыбался.
Он уходил ведь к любимой женщине.
Он улыбался, пока я плакала.
— Он в какой-то поселковой больнице. — Выдохнул Гордей, я прикрыла глаза. —Да, говорят, лёгкий сотряс, рассечение кожи на затылке. Ну, короче, не переживай, я поехал за ним. Машину? Да, машину тоже нашли. Знаешь где? Помнишь поворот на набережную, которая ведёт к санаторию Речные зори, там же тупиковый отрезок, вот там машина стояла открытая, выпотрошенная вся, он самый выпотрошенный, без документов, без бабла.
Давай там встретимся.
Я искоса посмотрела, как Гордей прошёл мимо террасы. Подхватил свой рюкзак.
Перевёл на меня взгляд.
— Ты побудешь одна?
— Не переживай, езжай.
Я понимала, что дети не должны решать проблемы родителей, но и бывшая жена уж точно не должна была влезать в эту тему.
Гордей подошёл, поцеловал меня
Я перехватила его ладонь. Прижала к себе.
— Не переживай. — Произнёс сын сам не веря в эти слова.
Я поспешно кивнула, отвела взгляд.
Когда дверь за сыном закрылась я вдруг поняла, что мне хотелось бы увидеть Альберта и заорать на него о том, что это его грех, это его ответственность, и то, что он не имеет права так поступать, он должен сам поехать забрать этого ребёнка.
Сам растить его. Сам воспитывать. И никакие полумеры здесь не нужны.
Но я сидела, вытирала заплаканное лицо запястьями. А потом, дойдя до отчаяния медленно встала, прошла к выходу, схватила ключи от машины.
Я выехала из посёлка и долгое время кружила по центру, по всем этим развязкам, по уводящим вниз-вверх перекресткам, стояла на светофорах, вытирала слезы.
Чего искала?
Не приключения же на задницу, а успокоение.
Чего хотела?
Забвения.
Та самая граница, которая отделяла меня от полного равнодушия никак не хотела рушиться, я в неё долбилась со всей силы, рассекала кожу на костяшках пальцев кровь.
Только чтобы ничего больше не чувствовать к нему.
Чертова четверть века рядом с ним.
Даже когда все было дерьмово, с запахом мандаринов, с переплетёнными между собой нашими венами."
"Я остановилась на площади.
Вышла из машины.