Шли молча, говорить было не о чем, да и не было привычки. На привале мои братья и сестры продолжали тренироваться, совершенствоваться в своих искусствах, повышать мастерство… Я же без особой цели бродил по безлюдной лесной округе.
Я наблюдал сцены из жизни растений и животных, прислушивался к звукам растущей травы и текущей воды, прикидывал пути облаков на небе, пробовал упругие и мягкие струи ветра, разглядывал солнечные блики на камнях и листьях. Не знаю, что уж думали обо мне. Мне это было давно безразлично — зная то, что я знал, легко быть спокойным.
Тут будет реклама 1
Вскоре мне стало казаться, что прогулки эти не так уж случайны и бессмысленны, что кто-то все время подталкивает меня — ведет, едва заметно подсказывает, что делать. Я перестал просто созерцать. Если было светло, я расставлял мольберт — я растирал краски на палитре, смешивал цвета, наносил на холст, подбирая оттенки в тон теплу солнечного света и прохладе глубокой заводи. Если уже смеркалось, я доставал флейту, извлекал из нее тихие звуки и прислушивался к ним, стремясь передать тональность луны и коронованных ею облаков, стараясь не помешать идиллии сверчков и ночных птиц.
Тут будет реклама 2
Я сидел часами. Иногда мне казалось, что от меня к окружающим предметам — вылизанным светом или укрытым темнотой — тянутся невидимые нити и я нахожусь среди них, в центре их переплетения, словно пошевелись я, и это движение отзовется где-нибудь в непостижимой дали падением камня или всплеском морской волны, а дуновение ветра или крик испуганной невесть кем птицы способны изменить мое состояние, пустить сердце биться сильнее или, наоборот, заставить замереть, неожиданно загрустить или обрадоваться… Моменты такие случались все чаще.
Тут будет реклама 3
Я научился приводить себя в подобное состояние по желанию. Гораздо позже, уже здесь, в хижине на склоне Синей Горы, я понял, что именно это состояние и называется мудростью…"
"Тихо, не спеша, без приключений и других событий наш отряд добрался до Синей Горы. Так же спокойно мы поднялись по ее отлогому склону, минуя деревья и камни. Необычайное предстало нашему взору, лишь только мы преодолели перевал.
Тут будет реклама 4
Вся долина, некогда такая красивая, открывавшаяся прежде всякому, смотревшему вниз с хребта Синей Горы, ныне была сокрыта от глаз. Вся она была заполнена темной, почти непрозрачной субстанцией: не то дымом, не то какой-то мутью, не то еще чем-то непонятным, чему нет ни названия, ни объяснения. Шагов около шестисот не доставала она до вершины хребта. Наши кони вошли в эту муть по колено и стали как вкопанные.
