Так что, когда я уже натянула серые треники и черную футболку, она все еще возится со спортивным бра. Я отворачиваюсь к зеркалу и переделываю хвост. Тугой резинкой стягиваю каштановые волосы, и они волной ложатся мне на спину между лопаток. Хотелось бы подстричься короче. Например, как Оливка. Я смотрю на нее через зеркало. Ее крашеные в блонд пряди едва достают до плеч. Настя натягивает носки.
– Знаешь, что странно? – я все еще смотрю на нее в зеркало. – Ты все делаешь очень быстро, но одеваешься страшно медленно.
– Потому что нельзя экономить на своем внешнем виде.
Я закатываю глаза и показательно вздыхаю.
В зал мы выходим, разумеется, последние. Все уже выстроились в шеренгу, физрук смотрит на нас, сложив руки на груди. Боже, сегодня явно не мой день.
Мы торопливо занимаем свои места.
– Попугайчики-неразлучники, – говорит Карась, который получил свое прозвище, вероятно, за круглые глаза навыкате, – ну, сегодня вы хотя бы явились, премного благодарен.
Он пристально смотрит на меня. Да, сходство с рыбой, так сказать, налицо.
– Ну что, пятница у нас день волейбола. Если вы ведете себя хорошо. Были отдельные прецеденты, – снова этот взгляд, – но сегодня все же поиграем. Десять кругов по залу, марш!
Мы с Оливкой бежим бок о бок, взяв неспешный темп.
– Спасибо, девчат, услужили.
Это Миша Попов, поравнявшись с нами, поджимает свои тонкие губы.
– Попов, не проживешь без своего волейбола? Беги быстрее, а то все мячики разберут.
Настя даже не смотрит в его сторону, держит спину ровно, тон насмешливый. Я невольно ей любуюсь. И молчу, как всегда. Она знает наших одноклассников гораздо дольше, так что я всегда теряюсь и оставляю ей право отбивать нападки. Тем более, что она за словом в карман не полезет. Да и карманов на ее облегающих велосипедках с пушапом просто нет. Ха-ха, заметили мой тонкий юмор? С таким мне точно лучше помалкивать.
– Ян, опять ведешь внутренние диалоги?
– А?
– Ты гримасничаешь, я вижу, что ты что-то там внутри своей головы обсуждаешь.
Я улыбаюсь. Оливка всегда говорит правду и всегда подмечает то, что другим не так уж важно. Поэтому она мне сразу понравилась.
– Да я насчет волейбола думала, хорошо, что не отменил из-за нас.
– Ой все, Ян. Пережили бы. Две недели назад из-за парней отменил, и ничего, как-то быстро забыли. Не будь такой нежной.
– Я как йогурт.
– Что?
– Ну, «нежный» йогурт, – смущенно поясняю.