— Скорее всего, пытается избавиться от мозгошмыга, — сказал опознавший симптомы Гарри."
"Крам, похоже, не мог понять, смеется над ним Гарри или говорит всерьез. Он извлек из-под мантии палочку и многозначительно постучал ею себя по бедру — из кончика палочки посыпались искры.
— Грегорович! — воскликнул Гарри. Крам испуганно вздрогнул, но Гарри слишком разволновался, чтобы обратить на это внимание: стоило ему увидеть палочку Крама, как он вспомнил Олливандера, тщательно изучавшего ее перед Турниром Трех Волшебников.
— А что такое? — подозрительно спросил Крам.
— Это же мастер, он делает волшебные палочки!
— Я знаю, — сказал Крам.
— И твою сделал! То-то у меня квиддич в голове вертелся…
Подозрения Крама явно усилились:
— Откуда ты знаешь, что мою палочку сделал Грегорович?
— Я… наверное, читал где-то, — ответил Гарри. — В… в спортивном журнале.
Эта торопливая импровизация Крама успокоила.
— Не знал, что спортивные журналы писали о моей палочке, — сказал он.
— Так… э-э… где сейчас Грегорович?
Крама его вопрос озадачил.
— Ушел на покой несколько лет назад. Я был одним из последних, кто купил палочку Грегоровича. Они самые лучшие — хотя я знаю, вы, британцы, ставите Олливандера выше всех других мастеров.
Гарри не ответил. Он сделал вид, что наблюдает, так же как Крам, за танцующими, а сам тем временем лихорадочно размышлял. Выходит, Волан-де-Морт пытается найти прославленного мастера, и долго отыскивать причину этого не нужно, — она состоит в том, что проделала палочка Гарри в ночь, когда Волан-де-Морт гнался за ним по небу.
— Очень красивая девушка, — сказал Крам, возвращая Гарри в свадебный шатер. Крам указывал на Джинни, которая только что присоединилась к Полумне. — Тоже твоя родственница?
— Да, — внезапно ощутив раздражение, сказал Гарри, — и у нее уже есть поклонник.
Крам хмыкнул.
— Какой смысл, — сказал он и, осушив свой бокал, встал из-за столика, — быть всемирно известным игроком в квиддич, если всех красивых девушек уже разобрали?
Он отошел, а Гарри, взяв у проходившего мимо официанта бутерброд, начал обходить танцевальный настил, на котором уже было не протолкнуться.