— У вас вон старая рана загноилась, кровотечение началось… Может начаться абсцесс… Это очень серьезно!"
"— Нет, — твердо возразил Варяг. — О моей ноге ты позаботишься потом… Сейчас лучше позаботиться о моей голове…
Людмила бросила тревожный взгляд на Степана, находящегося в палате. Тот только развел руками: мол, с ним г морить бесполезно!
Я могу вас спрятать в очень надежном месте, — вдруг тихо, но твердо заявила она. — И о том, где вы, никто не будет знать… Кроме нас троих…
И тут Владислав вспомнил: Людмила как-то мимоходом обмолвилась про крохотную бабушкину квартирку в Строгиие, которую она после смерти любимой бабули не стала сдавать.
— Это ты про Строгино? — улыбнулся Варяг. — А не боишься меня туда поместить? Рискованно ведь.
Людмила покачала головой.
— Чего бояться? Про эту квартиру ни одна живая душа не знает. У меня, кстати, с собой и ключ от нее есть. — Она порылась в кармане халата и вынула медный ключик на проволочном колечке.
Однокомнатная квартирка в Строгине оказалась совсем необжитой: видать, старушка только успела въехать в новое жилище да и отдала Богу душу. Сержант втащил тяжелый чемодан в комнату.
— Степа, боюсь, тебе сегодня предстоит бессонная ночь. — Владислав положил ему руку на плечо. — Пойми, кроме тебя, мне сейчас никто не поможет… Чижевского мне сейчас не достать, а с моими людьми я связаться не могу — наверняка все каналы связи на прослушке стоят… Ты первым делом дозвонись до ребят Чижевского — пусть гонят в Кусково, там нужно все прибрать, чтобы никаких следов.
Выпроводив Степана, Варяг, превозмогая боль, присел над коричневым чемоданом. Итак, таинственные налетчики четко знали, что искать в кусковском особняке. Их послали именно за этим древним фибровым чемоданом. Послали явно те, кто был осведомлен о существовании тайного архива Медведя, о сейфе, об этом чемодане и о каких-то особо важных документах, которые здесь покоятся.