Где бы ты ни скрывалась

 — Я все равно тебе это подарю, несмотря ни на что.

Ли достал из кармана черную бархатную коробочку, открыл ее и вынул кольцо. Из платины, с большим бриллиантом, который переливался на солнце. Я не хотела трогать его, но он вложил кольцо мне в руку и сжал мои пальцы в кулак.

— Я знаю, все знаю, — сказал он. — Нам пришлось пережить нелегкие минуты, но я обещаю, дальше будет лучше. Через несколько месяцев я постараюсь перевестись в более спокойный отдел, чтобы мы могли больше времени проводить вместе. Пожалуйста, не отказывай мне сразу, Кэтрин.

Скажи, что подумаешь, хорошо?

Я подумала. Я подумала о том, что я должна сделать, чтобы он больше никогда не смел поднимать на меня руку, чтобы перестал требовать отчета, куда иду, с кем встречаюсь, чтобы не приставал с советами по поводу одежды. Короче, чтобы не требовал от меня полного подчинения. Что же надо сделать?

— Ладно, — сказала я. — Я подумаю.

Тогда он поцеловал меня на виду у всех, и я тоже поцеловала его.

Раньше мне казалось, что женщины, живущие с мужьями-садистами, просто дуры.

Ведь в любых отношениях наступает момент, когда ты понимаешь, что жить с этим человеком опасно, и тогда надо найти в себе силы, чтобы просто повернуться и уйти. Уйти навсегда, насовсем, не оглядываясь и не строя воздушных замков. Что же мешало всем этим несчастным жертвам домашнего насилия, которых постоянно показывали по телевизору, сделать решительный шаг? «Все не так просто», — твердили они в один голос, хотя мне тогда казалось, что проще не бывает: повернулась да и ушла.

Почему же я сама не смогла уйти от Ли, несмотря на то что его непредсказуемая жестокость уже коснулась меня? Что же, во-первых, я все еще любила его… Да, любила ту надломленную, страдающую, нежную и страстную сторону его натуры, которая изначально привлекла меня. А во-вторых, я уже поняла, что просто так Ли меня не отпустит. Я совершила ужасную ошибку, когда позвала его обратно, и теперь, если бы я снова спровоцировала его, он избил бы меня до полусмерти или убил. Так что уйти я все равно бы не смогла.

Могла только бежать. Спасаться.

Суббота, 2 февраля 2008 года

День выдался солнечный и почти теплый, так что мы доехали на метро до самой Темзы и гуляли по южной набережной до полного изнеможения. Когда силы у нас кончились, мы нашли уличное кафе напротив галереи Тейт и выпили чая, греясь на солнышке. В воздухе пахло приближающейся весной.

— Когда мы стояли около больницы, я увидела знакомое лицо, — сказала я.

— Неужели Ли?

— Нет, ее зовут Сильвия.